Долгая дорога к трону

 – Полукровка, или чистокровный перевертыш? Из какого клана? И… все же, как мне тебя называть?

Я прокашлялась, пытаясь придать голосу юношескую грубость.

– Зови меня Зар. Я полукровка. В Вселесье родных нет.

– Ясно. – Незнакомец оглядел меня с головы до ног. – А идешь откуда?

Вот привязался!

– Из Полыни, – буркнула я, давая понять, что не очень-то рада его интересу, но вместо того, чтобы оставить меня в покое, попутчик оживился.

– Кстати, а что там случилось?

– Случилось? – Я встретилась с его взглядом.

Он пожал плечами.

– Говорят, принцесса Ширин сбежала с какой-то драгоценностью, а королевская чета передала бразды правления своей дочери.

Я опустила голову. Непривычно короткие волосы упали на лицо, скрывая меня от его взгляда.

– Я не знаю, господин.

– Да какой я тебе господин? Иду в Ряски наниматься. Если там работы не найду, значит, пойду дальше, – поделился планами на жизнь попутчик и снова принялся допытывать: – Сколько тебе лет? Родные есть?

От ответа меня спасла тропинка.

– Никого у меня нет. – Я отступила от него. – Дальше я сама… Мм… сам.

Мужчина остался стоять, не сводя с меня глаз.

– Так может… я провожу?

Я не ответила. Только решительно помотала головой и бросилась бежать.

Величественный тронный зал Полыни был непривычно пуст, но он еще помнил дни, когда все придворные собирались здесь, чтобы увидеть, поприветствовать, поклониться юной королевской чете.

– Принцесса Ирза примет вас через несколько минут, – надменный голос прислужницы заставил его очнуться от воспоминаний и усмехнуться. Слишком долго он работал «глазами и ушами» королевской семьи, и ему не составило труда понять, что эта девица – бывшая кухарка, меньше всего на свете заслуживает места королевской камеристки и больше всего на свете боится его потерять.

– Я подожду.

Вместо ответа девушка высокомерно кивнула и, мягко ступая по заглушающим шаги ковровым дорожкам, походкой королевы направилась к двум резным высоким креслам, выточенным из огромного цельного куска черного гранита. Миновав трон, она скрылась за золотисто-зелеными занавесями, спадающими от лепного потолка до мраморного пола.