Отпустить или влюбить?

Кажется, во мне пропал Станиславский, потому что так хотелось бросить ему в лицо известную фразу: «Не верю!»

Наглый лжец! Он не мог найти её в постели! Потому что после того раза я не…

«О, боги. – Смутная догадка пробирает до мурашек. – Нет, – возражаю сама себе, – этого не может быть».

Пытаюсь сама себя убедить, что тогда в номере был не Дима. Смотрю на него, надеясь прочесть на лице ответ.

Шальная императрица: «Тогда уж не на лицо смотреть надо, а на то, что разглядела!»

Дмитрий продолжает молчать, чтоб ему провалиться!

– А можно немного подробнее: адрес, дата? – нахожу в себе силы спросить.

И мне называют отель и номер, которые мне хорошо известны, даже дату не забыл, паршивец. Сижу, и не знаю, куда мне деться.

«Мужчина настаивал на встрече именно с вами», – всплывают в памяти слова Даши.

Он знал, куда шёл.

И к кому шёл.

Да он ещё и издевается?!

А вот это ему точно с рук не сойдёт.

Шальная императрица: «Дайте его мне!»

Откидываюсь на спинку кресла и смотрю в глаза этому нахалу.

– Дмитрий Климентьевич, очень некрасиво с вашей стороны врываться по вопросу, ответ на который вам уже известен.

– Думаю, мне можно простить мою маленькую наглость. Я же простил тебе твоё «вторжение». Надеюсь, мы можем перейти на «ты», учитывая нашу первую встречу?

«Про нашу первую встречу ты, гад, даже не помнишь!» – поняла, что внутри всё опять закипает. Чёрта с два я его просто так отпущу. Сам виноват! Нельзя возвращаться к обиженной женщине, а я была на него сердита.

Ох, как сердита! Такое не забывают и не прощают. Молись, Дима!

Проверить информацию меня попросил Мартин. Нужно было всего-то встретиться с человеком, который был мужем девушки, в которую Щегельский был влюблён и до сих пор любил. Мартин хотел знать, настоящий это брак, или мишура. Каково же было моё изумление, когда я увидела этого самого «мужа». Красив, как бог, и порочен, как самые грешные мысли. Я сама не заметила, как попала под его обаяние.

Попала и пропала. Шейн сам предложил поехать в более «уютное» место, и тогда мне было абсолютно всё равно, что он чей-то там муж. На сегодня он был мой. Ровно до того момента, пока не прошептал имя своей жены, пусть и фиктивной, в момент, когда не мог себя контролировать.

Утром собрала свои вещи, оделась, и, бросив последний взгляд на спящего мужчину, выскользнула из номера, в который сама же и привела (кажется, уходить, пока он спит, становится традицией).