Бабки

Те девушки, что были моложе, с самого раннего утра работали на огороде. Еще до полуденного солнца Павловна вышла на крыльцо своего дома, поглядела туда, где девчата картошку копали и крикнула:

– Татьяна!

Девушка обернулась. Длинная коса цвета желтой соломы перелетела через плечо и приземлилась на пышной молодой груди.

– Чего, Павловна? – спросила Таня.

– Бросай работу да иди сюда, разговор есть, – ответила Ягарья и пошла в дом.

Таня поспешила за ней, оставив на огороде других девушек, среди которых были и Шура с Марусей.

– Да, Ягарья Павловна, – сказала она, войдя в дом. Стояла она на пороге, чтобы не топтать грязными ногами по чистому полу, потому что после работы с землей было заведено сперва идти в баню, потом на кухню на обед или на ужин, и лишь потом входить туда, где спишь. Это правило не касалось только старушек, которые никакой работы уже не выполняли.

– Танюша, – сказала ласково Павловна, – у меня к тебе очень важное поручение. Помойся, приведи себя в порядок и вместе с Галиной Степановной через час отправляйся на станцию.

Сегодня после обеда приедет наша гостья.

– Это ты уже точно знаешь, Павловна? – серьезно спросила девушка.

– Да, знаю, – ответила Ягарья. – Я бы Степановну и одну отправила, она баба умная и ответ держит всегда. Но чувствую, что сердце едет к нам молодое. И будет не очень хорошо, что юную дивчину, которая так долго добирается сюда, встретит тетка, что ей в бабушку годна. А тебя одну не пущу, потому что в Гобиках хоть и смирились с тем, что мы тут жили и до них, да тобой рисковать не желаю.

Люди бывают жестокими, особенно, если хотят услужить друг перед другом. Так что поезжай со Степановной и, как встретите гостью, вертайтесь.

– Хорошо, Павловна, – покорно сказала Татьяна, – сейчас приготовлюсь. А имя девицы знаешь?

– Ой, Таня, путается оно у меня на языке, а сказать не могу. Словно у нее их два.

– Кого два?

– Имени два. Чувство такое, будто знаю ее. Но откуда знаю – не понимаю пока. Но девица эта долго уже путь свой держит в усадьбу, ищет нас.

Значит наша кровь. И вот еще… Танюша. Давеча Маруся письмецо принесла из поселка. Завтра женщина одна к нам придет вечером, как стемнеет, чтобы не видел ее никто. Помощь ей твоя нужна. Уже два месяца кровь у нее не проходит, чахнет, говорит, на глазах.

– А почему я? – спросила Таня. – Много, кто из наших ей помочь может, да пускай хотя бы Светлана.

– Пускай видят молодых и сильных, – ответила Ягарья. – У нее дочка немногим старше тебя.