Альда Хранительница

Наконец, они добрались до Дефочки – пресноводной речки. Издали они увидели поселение. Альда узнала в нем рыбацкую деревню Писк Кас, что раскинулась близ бухты «Чайка».

Подойдя ближе к деревне, ребята увидели солдат в форме болотного цвета. Аварис везде расставил своих людей в поисках принцессы. Значит, здесь нельзя просить ни ночлега, ни пищи. Остановившись недалеко от деревни, в невысоких кустах можжевельника на пригорке Альда и Котт, скудно поужинав ягодами, стали готовиться к ночлегу. Спать решили по очереди, чтобы быть готовыми к побегу в любой момент, если солдаты обнаружат их.

Ближе к утру дежурила Альда. Пока Котт спал, она беззвучно рыдала, вспоминая свою беззаботную жизнь и Прифила. Успокоиться она смогла только тогда, когда Котт начал возиться и просыпаться.

– Я, пожалуй, схожу в деревню, может, удастся добыть что-нибудь или выторговать, – он показал свой небольшой меч, с золотистой рукоятью, на которой красовался прозрачный драгоценный камень.

– Но тебе его отец подарил, – не совсем искренне возмутилась принцесса.

– Тогда это лучшее, что я могу с ним сейчас сделать. Если я нормально не поем, то мертвому мне этот меч точно не пригодится.

Аргументы Котта убедили Альду.

– А солдаты, – продолжила принцесса.

– Что солдаты?

– Они могут тебя поймать. Слышал, что Аварис приказал и тебя убить?

– Откуда им знать, как я выгляжу? Да и тебя они, собственно, в лицо не знают. Единственное, на что они ориентируются, это два подростка, мальчик и девочка.

Что ж, Альде не хотелось спорить – не было сил. Она осталась под можжевеловым кустом, ждать Котта с чем-нибудь съедобным.

По солнцу Альда определила, что уже полдень. Котт до сих пор не явился. Сколько его ждать? А если он не придет? На мгновение Альду охватило волнение. Но потом девушка решила, если Котт не вернется,  то она будет здесь сидеть, пока не умрет. Одной все равно не добраться до Дива Кастелы, а выходить замуж за орка она тем более не собирается.

– … и вот, значица, беру я ее за ляжку, вот так! А она грит мне, мол, только после свадьбы! – передразнил один из мужиков кого-то.

К гоготу первого всадника присоединился второй, не менее грубый голос.