Странная

Тот начал носиться от нее между партами, потом изловчился и дернул за косичку. Раскрасневшаяся Светка со злостью бросила в него портфелем. Любка сидела, закрыв уши руками, и читала учебник, надеясь что-то запомнить перед самым уроком. Она всегда так готовилась к занятиям и получала, что интересно, чаще всего четверки. Скоро класс заполнился подошедшими учениками, все сидели в основном парами. К Лиде за парту учительница математики посадила круглого двоечника Володю. Она с большой надеждой поглядывала на Лиду на контрольных работах, и Лида решала для Володи его вариант работы, а домашние задания он списывал сам без зазрения совести.

Мама рассказала ей однажды, что они с Володиной мамой вместе лежали в роддоме, Лида с Володей родились в один день, только у мамы не было молока и Володина мама кормила Лиду. Только поэтому Лида так безропотно позволяла Володе списывать со своей тетрадки. Остальные одноклассники такого права были лишены.

–Здравствуйте, садитесь. Тема нашего занятия – уравнения. Но вначале проверим домашнее задание.

Виктория Николаевна уставилась в классный журнал. В классе воцарилась мертвая тишина. Каждый усиленно молил: «Только не меня, только не меня!». Ручка учительницы замерла.

–Ширяев Виктор!

По классу прокатилось легкое оживление. Ширяев все расскажет, это займет достаточно времени, возможно, спрашивать остальных она не будет.

Так и произошло. Витька, худенький, черненький парнишка, обстоятельно прочитал задачу и ее решение.

–Садись, пять.

Витька провел ладонью по волосам, которые, почему-то, вместо того чтобы аккуратно лежать, всегда торчали вверх, особенно в области челки. Это придавало ему выражение независимости. Впрочем, он таким и был.

–Начинаем новую тему,– Виктория Николаевна взяла в руки кусочек мела и повернулась к доске.

Тут же по классу полетела записочка и упала на парту красавицы Нины. Нина раскрыла огромные голубые глаза, весело потеребила толстую рыжую косу и развернула записку. Класс следил за ее реакцией. Нина обернулась в сторону мальчика бросившего записку, улыбнулась с достоинством королевы, принимающей полагающиеся ей знаки почести, но отвечать на записку не стала.