Невеста для полковника

Разма практически превратило неорганику в органику, эта самая органика нуждалась в постоянном движении и развитии, как любой живой организм, не привязанный к земле корнями. Поэтому пилоты обкатывали свой транспорт ежедневно в течение не менее двух часов. Если по каким-то причинам делать это не удавалось, машинки начинали «тупить». Не делала этого только Гайя, остальные вели себя как дети.

Злой Солнцев умчался в направлении пятой полосы препятствий, а Громов поднял глаза и обвёл глазами выстроившихся на плацу. Спецназовцы были как всегда бодры и веселы, пилоты вымотаны, Варвара абсолютно равнодушна к происходящему.

Тактика согласия со всеми требованиями, взятая на вооружение девушкой, с одной стороны облегчала жизнь полковнику, с другой невероятно бесила. Если раньше она хотя бы огрызалась, создавая благоприятные условия для подтрунивания, то сейчас была образцовым подчинённым, не вступающим ни в какие диалоги.

– Смирнов, Зудиев, в лабораторию. Иванов, срочно в ангар, твой тазик горит.

Бледный пилот сорвался с места и умчался в указанном направлении.

– Соколов и иже по списку – на стройплощадку.

Приказы командира не обсуждаются, поэтому майор Константин Соколов, бросив странный взгляд на полковника, махнул рукой отряду. Через минуту на плацу остались только полковник, пилот и рой комаров.

– Ну что Савина, сама признаешься куда косолапого дела? – не отрывая глаз от планшета спросил Громов.

– На свободу отпустила, товарищ полковник, – сразу ответила Варвара.

– Вот прямо так и отпустила? Ручного медведя? Как думаешь, долго он там протянет? – поинтересовался Громов.

Варвара промолчала, смотря себе под ноги. Об этом она не подумала. И что теперь делать?

– Дикое животное, выращенное в зоопарке или цирке, утрачивает естественные инстинкты для выживания, – продолжая смотреть на экран, рассказывал мужчина. – У него нет страха перед другими хищниками, перед браконьерами и прочими опасностями. Большая часть подобных экспериментов заканчивается смертью животного в первые недели пребывания в дикой природе.

Ты, правда, хотела для Михаила Потаповича подобной судьбы?

Полковник, наконец, поднял голову и посмотрел на девушку. Начинается…

– Вот только сырость мне здесь не надо разводить, – недовольно проговорил Громов.

Слеза прочертила дорожку по щеке вниз и упала на прорезиненное покрытие плаца.

– Варвара! – нервно прикрикнул мужчина, опустив планшет.

Девушка хлюпнула носом.

– Твою дивизию, Варвара, – не выдержал Громов.