Угодный богу

Затем, видя, что его не понимают, перешел на аккадский, являющийся в те времена международным. И сказал нечто, что заставило шевельнуться какому-то червячку в душе царя.

– Суппиллулиума я шел, – говорил мальчишка. – Искать я царь. Мама говорит, искать я Суппиллулиума.

Слуга хотел увести ребенка, но владыка остановил его.

– Ты не хетт? – строго спросил царь по-аккадски, тяжело глядя исподлобья на странного собеседника.

– Нет, я хетт не быть. Мама – она хетт.

– А где она?

– Мама… там, – мальчишка махнул рукой куда-то в сторону и вдруг заплакал.

– И что ты один делаешь у моего дворца? – взгляд бычьих глаз Суппиллулиумы буравил ребенка.

– Мама говорит, искать я царь. Сказать Суппиллулиума, я тоже царь.

– Что? – брови владыки с удивлением приподнялись. – Ты – царь?!

– Царь я, наследник, законный царь, – без страха отвечал ребенок.

Слабая струнка дернулась где-то в глубине души владыки и заставила задуматься над словами мальчика.

– Ты из других стран? – задал вопрос владыка. – Откуда ты?

– Я шел мама долго. Бежать ночь одни, два. Продать золото, одежда. Купить еда.

– Откуда ты? – вновь повторил повелитель, теряя терпение. – Отвечай!

Ребенок задрожал под его страшным взглядом и, неожиданно подняв вверх подбородок, долженствующий обозначить благородную осанку, молвил:

– Мама был хетт. Царица хетт. Отец и я – фараон.

– Что?..

– Я – фараон Верхний, Нижний Египет, Рабсун!

– Суппиллулиума застыл с открытым ртом, а взгляд его, доселе томный, выражал теперь крайнее изумление тому, что он только что услышал.

Китай.

Ближайшее поселение находилось несколько восточнее торжища. И только спустя час хозяин и невольник достигли маленькой деревушки, большую часть которой составляли землянки бедняков.

Китаец принадлежал к богатым ремесленникам. И его хижина отличалась от жилища бедняка: круглая форма, круглые маленькие окошечки по обеим сторонам двери делали ее почти сказочной и очень нарядной.

Хозяин подвел лошадь к столбику, вбитому подле двери дома, жестом велел рабу спуститься на землю и, взяв его за руку, ввел в жилище. Они спустились по маленькой винтовой лестнице, и Тотмию сразу бросилась в глаза необычность обстановки.