Чёрное сердце Фейгана

Никогда не прятался в лабиринтах сознания, а тем более в дебрях бессознательного другого человека. Просто слышал как-то, что такое возможно.

Решение пришло само собой, когда судьба подарила ему шанс на спасение в виде этой попаданки. Грех было не воспользоваться. Да о чём тут рассуждать? Этот шанс был единственным! Для неё, кстати, тоже.

И даже сейчас не понятно, увенчается ли их попытка сбежать успехом, но Эйдан собирался сделать всё, чтобы увенчалась.

Из-за резкого скачка он оказался гораздо дальше, чем планировал.

Почему произошёл этот сбой, пока не ясно, да, наверное, и не так важно. Главное теперь – сэкономить энергию на всплеск магии, чтобы вернуться на границу с сознанием.

А запас её таял на глазах, потому что Эйдан пытался зацепиться за что-нибудь, чтобы остановить свой стремительный полёт. Но это только ухудшало ситуацию.

Тогда он принял решение не сопротивляться, плыть по течению, сэкономить энергию, накопить сил и попробовать вырваться отсюда.

Неведомая сила притащила его в странное место.

В небольшую тускло освещённую комнату. Он неожиданно обнаружил себя наблюдающим за происходящим в ней из тёмного угла.

В круге света на кровати сидела растрёпанная женщина и раскачивалась из стороны в сторону. Когда в руках у неё что-то запищало, до него дошло – она укачивает ребёнка. Ребёнок, месяцев двух от роду, не желал спать. Плач его всё усиливался и начинал действовать на нервы. Видимо не ему одному. Женщина вскочила и начала ходить по комнате, раскачивая ребёнка всё сильнее и сильнее.

Когда малыш зашёлся в громком крике, она швырнула его на кровать и с рыданиями упала рядом:

– Да что тебе нужно, маленькая дрянь! Успокоишься ты или нет? Я уже просто ненавижу тебя! Как ты мне надоела! Через три часа вставать на работу, а я ещё не ложилась.

Ребёнок, умолкнувший от неожиданности во время полёта, разразился душераздирающим плачем. Мать – по-видимому, это всё же была она – положила на колени подушку, сверху – малыша и снова начала его интенсивно укачивать.

Эйдан смотрел на всё происходящее и всё больше раздражался от мысли, что надо бы с ребёнком обходиться нежнее. Малышу явно не хватало материнской ласки и нежности, а также чувства защищённости.

Тем вренем малыш начал успокаиваться и постепенно затих. Женщина тоже, умаявшись, уснула, сидя на кроовати. И тут руки её непроизвольно разжались, а недавно успокоившийся младенец выскользнул из них и свалился на пол.