Война в наследство

Олег спокойно выслушал Мартынову. Ничего нового она не сказала, он примерно так это себе и представлял. Волновало другое.

– Когда?

– Как только найдутся люди, может, чрез месяц, может быстрее, – сказала Мартынова, и добавила:

– Желающих много.

Помолчали, зная, что разговор еще не закончен. Мартынова подтянула к себе сумку и принялась вытаскивать из нее набитые бумагами прозрачные папки. Олег прикидывал, как бы подойти к сути вопроса, когда директор негромко спросила:

– И что, нельзя ничего сделать?

Проговорила еле слышно, почти шепотом, но Олег ее отлично понял.

– Вы председатель этой комиссии.

Мартынова кивнула, не глядя на Олега. Он сел, взял с ее стола белый квадратный листок и ручку, принялся чертить косые линии, одна строго параллельно другой. Мартынова не мешала ему, лишь поглядывала мельком на синие штрихи.

– Помогите мне, – сказал Олег, – пожалуйста. Сделайте так, чтоб эту справку кроме вас никто не видел. Я не могу отдать Артема другим людям, вы же понимаете.

– Понимаю, – отозвалась та. Понимаю, что вы толкаете меня на должностное преступление. Это срок, вы понимаете?

– Разумеется. – Олег написал на листке пятизначную цифру и показал ее Мартыновой. – Я тоже все отлично понимаю, и готов оказать посильную помощь подведомственному вам учреждению.

Мартынова чуть прищурилась, откинулась на спинку стула. Глянула на Олега, на листок в его руке, потом в окно. Потом у нее зазвонил мобильник, но женщина скинула вызов. Потом сказала:

– Да, у нас не все так хорошо, как хотелось бы. Нужны новые системные блоки в компьютерный класс, не мешало бы обновить мебель и сделать небольшой ремонт. Думаю, это будет вам по силам.

Быстро чиркнула что-то на листке, показала Олегу. Цифра была почти на треть больше той, что он мог предложить. Происходи их разговор на полгода позже, отдал бы сразу и без раздумий, но сейчас дело осложнилось.

– Конечно. Когда вы планируете приобрести все необходимое?

– Через две недели.

Мартынова поднялась с места, Олег тоже встал, направился к двери.

– Две недели начиная с этого дня, или все отменяется, – донеслось в спину.

Он повернулся. Мартынова стояла у стола и комкала в руках обрывок бумаги.