Терпение лопнуло

В основном там мелькала полуголая Дина на фоне альпийских вершин, иногда к ней присоединялся сутулая бородатая особь предположительно мужского пола.

– Это жених? – уточнила Людка, Маринка увеличила фотку.

– Да, Леша, он у нас повар. Вот Диночке повезло, готовить не придется.

Людка недоверчиво хмыкнула, поедая сыр. Вирская уселась на свои подушки и подозвала официанта. Тот быстро принес и открыл еще одну бутылку брюта, на столе появились пирожные и фрукты.

– Не жалеешь, что от нас ушла? – Вирская подлила Рите шампанское.

 – У нас теперь хорошо, не хочешь вернуться? А то банки твои лопаются каждый день.

Она снисходительно улыбнулась, откинув голову, поправила короткие волосы. Живот и бока выпирали из тесного платья, и Ленка напоминала перевязанную веревочками колбасу, только очень важную, этакий батончик докторской, полный чувства собственной важности.

– Нет, у нас нормально все, – улыбнулась Рита, – «тетрадки» нет, в ПИФы не вкладываемся, проводим низкорисковую кредитную политику…

– Ритка, ты платье в Париже купила? – оборвала ее Маринка.

Людка доела сыр и присматривалась к пирожным. Дина и Альпы с поваром ее более не интересовали.

– Да, во Франции.

Платье она купила в Лионе, когда им дали свободное время, но Лион тоже во Франции, в предгорьях Альп, кстати, и от Парижа всего двести километров. Примерно, как от их городишки до Москвы.

– Странно, я думала тут, по дешевке, – разочарованно протянула Маринка, и подбородки у нее снова мелко задрожали -.

Линялое какое-то, мрачное. Я бы такое не взяла.

И ухватила с тарелки пирожное с нежной воздушной «шапочкой», откусила нехилый такой кусок, оставив на бисквите алые крупные пятна помады. Людка спохватилась, уцапала и себе десерт, и бросила с набитым ртом:

– Дорогое?

– Нет, сто пятьдесят евро.

– За эту тряпку? – Маринка вытаращила глаза, – кошмар.

– У богатых свои причуды, – Людка торопливо, точно за ней гнались, приканчивала пирожное.

Вирская с улыбкой наблюдала за ними и посматривала в дрожащий телефон, поставленный на беззвучку. Маринка хихикнула, Вирская взялась за тяжелую бутылку зеленого стекла.

– Девочки, давайте выпьем за нас!

Протестов не последовало, брют шел хорошо, особенно под фрукты и сладкое. Голова немного кружилась, подступившая откуда-то тревога улетучилась вместе с пузырьками в бокале, и Рите нравилось все.