Направо пойдёшь… Перципиент

 – А я пока схожу нашу дверь закрою.

Они провели у Севы с Настей всю оставшуюся половину дня, чаёвничая, забавляясь с проснувшимся Данилкой и не переставая наблюдать за сыном. Всеволод выглядел и чувствовал себя нормально, словно не было никакого приступа.

***

Однако, Светлану это не успокоило. Когда они с Петром ушли после ужина к себе, проницательно почувствовавший её тревогу муж спросил:

– Света, можешь сказать навскидку, что не в порядке с Севой?

– Пока сложно определить, – нахмурилась женщина.

– А что это может быть? – не отступал Пётр.

– Всё, что угодно, – воскликнула Светлана. – Сердечное заболевание, тромб, хотя против него успокаивает то, что давление после потери сознания не снизилось до критически опасной отметки, а также возможно проявление эпилептического синдрома.

– Ну, это-то откуда?!

– Кто знает. Пока не обследуем, ничего с точностью утверждать нельзя. Надо снять кардиограмму, энцефалограмму, сдать кровь на сахар, доплер сосудов сделать.

– Света, – воскликнул Пётр, – неужели, придётся до понедельника ждать?! Настя вся изведётся, да и мы с тобой тоже.

– До понедельника только доплер, – спокойно пояснила Светлана. – Кардио- и энцефалограмму пройдём завтра, во время моего дежурства. На томографию сходишь вместе с Севой в платную клинику неподалёку от нашей больницы. А вот УЗИ сосудов имеется только в областной.

– А если отправить Севу в областную прямо сейчас по «Скорой»?! Чего ждать, Света? Как я понимаю, доплер покажет, есть ли тромб. Тут ведь, насколько я знаю, важны часы, если не минуты! Мы с тобой потом не простим себе, если что-то произойдёт с сыном!

– Тромб это самое маловероятное, – печально покачала головой женщина.

– А что вероятное?! – разгорячился Пётр. – Света, не молчи, я тебя прошу!

– Опухоль, – горько произнесла Лисицына.

– Опухоль? – оторопело переспросил муж.

– Да, – охрипла Светлана, – опухоль головного мозга. Признаки, разумеется, не характерные, однако, очень и очень тревожные.

Они ещё долго не спали в эту ночь. Но потом Светлана, которой надо было с восьми утра заступать на суточное дежурство, всё-таки прилегла и даже забылась беспокойным сном. А Пётр, в отличие от жены, не сомкнул глаз до утра.