Направо пойдёшь… Перципиент

Честное слово, у тебя определённо существуют задатки отличного психолога. А то, что с твоей помощью мне удалось заполучить «голос» лже-агента, вообще выше всяких похвал! Должен заметить, что это оказалось прекрасной идеей в плане запутывания следов. Надеюсь, – внимательно глянул он на собеседницу, – тебе не пришло в голову привлечь этого человека в круг заинтересованных лиц?

– Позволь мне, – криво улыбнулась женщина, – до поры, до времени, оставить это в тайне.

– Как знаешь, – недовольно проговорил мужчина.

– Будь спокоен, – уверила она его, – что с этой стороны никакой опасности не предвидится. Это пока всё, что я могу тебе открыть, вернее, гарантировать. Честно сказать, – попыталась она перевести разговор в нужное ей русло, – я сомневалась, что тебе удастся сымитировать голос лже-агента.

– Напрасно сомневалась, – проворчал собеседник. – Стоило мне услышать голос, так сказать, «в живую», по телефону, а не в записи, и в успехе задуманного можно было не сомневаться.

– Если бы, кроме запутывания следов, – нетерпеливо произнесла женщина, – это привело к успеху нашего предприятия…

– Приведёт, не сомневайся, – перебил её мужчина.

– Когда?

– Не стоит проявлять нетерпения, – укорил он её. – Пока всё идёт по плану. Но я всего лишь психолог, а не провидец. Однако, если уж ты доверилась мне однажды, то тебе не кажется, что стоит делать это и впредь. Доверяй мне, дорогая!

– Что же мне ещё остаётся? – с усмешкой произнесла женщина, приблизив своё лицо к его оживившемуся в предвкушении близости лицу.

Глава 7

К огорчению Светланы, сеанс гипноза, на который они с Панасовичем возлагали большие надежды, не принёс результатов. Воздействие на Севу подтвердилось, но личность агента идентифицировать не удалось, также как не получилось выявить место, где происходил контакт с ним.

– Единственное, что мне удалось выявить, – сказала жена Панасовича, пятидесятишестилетняя, полная женщина, с тихим, приятным голосом, внимательным взглядом светло-карих глаз, русыми, без признаков седины, волнистыми волосами, длиной, прикрывающей уши, – это цвет интерьера комнаты, где происходила беседа.

– Любопытно, – оживился Юрий, – какой же?

– Оранжевый, – последовал ответ психотерапевта.

– Позитивный цвет, – задумчиво проговорила Лисицына, – в том плане, если отнестись к нему с позиции цветотерапии.