Пианистка

И этот ангелочек оказался банальным воришкой! Хорош артист, ничего не скажешь, но ведь какой милый!

Почему-то вдруг вспомнилась ее давняя беременность. Тот нерожденный ребенок был бы сейчас ровесником коварного и обаятельного Женечки. Он мог бы так же сидеть с ней в номере, приехав на отдых, она бы кормила его бутербродами и поила молоком. А по вечерам рассказывала разные интересные истории…

Впервые в жизни Карина пожалела о том, что сделала аборт. Надо было родить от Степана, и сейчас она бы не была такой бесконечно одинокой.

С ней осталась бы частичка любимого человека, существо, похожее на него внешне и внутренне. Эх, дура, дура…

На такой печальной ноте завершился ее отпуск.

Вернувшись домой, она стиснула зубы, сорвала в коридоре старые обои и две недели яростно и неутомимо доделывала ремонт. Одна. Саше звонить так и не стала.

Он сам позвонил ей, сказал, что скучает, просил о встрече. Но Карина сочинила какую-то отговорку и отказалась.

А две недели спустя она услышала на лестничной площадке голоса, шаги, знакомый звонкий смех и вдруг ощутила себя необыкновенно счастливой, точно возвратилась ее долгожданная, любимая, дружная семья.

И поняла, что все долгие летние месяцы ждала только одного: когда же вернутся Леля с Олегом.

15

Начался учебный год, и сентябрь сразу же оказался донельзя наполнен событиями.

Зина позвонила и сообщила, что устроилась-таки туда, куда хотела, Олечка Серебрякова сломала руку, а Леля поведала Карине о своей беременности.

Они, как всегда, сидели на кухне, пили кофе и жевали мелкие соленые крекеры, насыпанные горкой в хрустальную конфетницу.

– Какой срок? – спросила Карина, вглядываясь в загорелое и беспечное Лелино лицо.

– Кажется, восемь недель. – Та с хрустом надкусила печенье и потянулась за следующим.

– Тошнит?

– Нисколько. Жрать только хочется, спасу нет. Разжирею, как рождественская свинья. – Леля весело захохотала.

Карина задумчиво помешала ложечкой в чашке.

Теперь ссоры за стеной должны если не прекратиться, то хотя бы стать редкостью.

Можно сказать, Леля победила. Оказалась более смелой и решительной, чем Карина, и ее глупостей с абортом повторять не собирается.

Правильно, так и надо. Никуда теперь Олег от нее и ребенка не денется.

Леля, словно услышав ее мысли, вдруг перестала смеяться, вздохнула и сказала печально:

– Олежка ничего не знает.

– Вот обрадуется, когда ты ему скажешь, – предположила Карина.