Стена плача

Кристина с размаху плюхнулась на низенькую длинную скамеечку, стоявшую вдоль окон.

– Я так перенервничала! Тебя все нет и нет, звоню – не соединяется. А у меня ни секунды лишней. Только-только закончили со столом. Увидишь, закачаешься: шампанское, ананасы!

– А икра? – невозмутимо полюбопытствовала Ася, доставая с полок нужные записи.

– Икры нет, – обеспокоенно проговорила Кристина, – а что, ты считаешь, надо было?

– Конечно. И икру, и голубей в сметане.

Кристина весело захохотала.

– Аська, ну тебя! Вечно издеваешься.

– А если серьезно, то, на мой взгляд, хватило бы и кофе с бутербродами, – подытожила Ася. Она хотела было закрыть шкаф, но передумала, слегка поколебалась, затем взяла с полки еще одну кассету, лежащую отдельно от других, и сунула ее в карман пиджака. – Все, я готова.

– Господи Иисусе, помоги нам. – Кристина истово перекрестилась.

В дверь заглянул директор дворца, Игорь Валентинович Усов, симпатичный, спортивный парень лет тридцати, которого все в коллективе называли просто Игорем.

– Девочки, вы как тут? – Он ободряюще улыбнулся подругам.

– Нормально, – в ответ ему улыбнулась Ася.

– Они уже подъезжают. Я пошел встречать, а вы ждите тут. Мы к вам поднимемся. Как зал?

– Полный отпад!

– То-то. – Игорь самодовольно ухмыльнулся и скрылся в коридоре.

Сразу же вслед за ним пришли двое накачанных ребят из секции боди-билдинга и занесли в танцевальный зал несколько мягких кресел.

– Это для гостей, – пояснил один из них, хмурый, бритый наголо подросток, – Игорь Валентиныч велел.

– Ребята, вы как ставите? – засуетилась Кристина, немедленно вскакивая с места. – Не так, не так. Ровнее нужно, вот сюда и сюда.

Ася покачала головой, глядя на неугомонную подругу, и сняла наконец пиджак. Повесила его на вешалку в углу, подошла к зеркальной стене, на ходу поправляя волосы.

Вроде бы вид вполне нормальный. Вот только эта дурацкая бледность никак не проходит. Ася быстро расстегнула сумочку, достала из косметички румяна, спешно провела кисточкой по скулам, снова придирчиво глянула на свое отражение, кивнула удовлетворенно.

Почему-то она никак не могла полностью прийти в себя – внутри будто натянулась до предела тонкая стальная струна, готовая в любую минуту лопнуть с оглушительным звоном.

В зал разноцветной стайкой впорхнули девчонки. На них были купальники и пачки, у каждой группки свои – белые, бирюзовые, голубые, лиловые.