Миг счастья ускользающий

И тут же, словно со стороны, она услышала свой голос, ровный и холодный:

– Нет.

– Почему «нет»? – вспылил Виктор. – Какой тебе резон торчать в этом пекле, одной, без работы, без детей? Что за сумасбродство?

– Я тебе уже говорила, – спокойно, не меняя интонации, проговорила Лена.

– Книга? Ну брось, ей-богу! Допишешь потом, в сентябре или, на худой конец, в октябре.

– Витя, мне нужно сделать это сейчас.

– Ладно, Леся, как знаешь. Девочки звонили?

– Да. У них все в порядке.

– Я в этом и не сомневался.

Запиши телефон гостиницы. Если захочешь, можешь позвонить.

– Слушаю. – Лена быстро нацарапала цифры на листке бумаги.

– Есть?

– Да.

– Тогда пока. – Виктор, не дождавшись ответной реплики, повесил трубку.

Лена аккуратно сложила листок, спрятала его в записную книжку и отправилась в гостиную смотреть телевизор.

Глава 4

В последующие два дня она честно пыталась снова засесть за компьютер. Отчасти ее упорство было вознаграждено – ей удалось продвинуться на четыре страницы.

Перечитав свое творчество несколько раз, Лена пришла к выводу, что написанное можно оставить, хотя особого восторга оно не вызывало. «Если я и впредь буду работать с такой скоростью, то мне не закончить не только до осени, но и к зиме», – подумала она с грустью.

На третий день утром позвонила Ритка.

– Мамуль, ты сейчас свободна?

– Относительно, – осторожно проговорила Лена, – а что?

– Ничего особенного. Просто, когда освободишься, купи, пожалуйста, нам с Валюхой гетры на руки.

– На руки? – удивилась Лена. – Ты не ошибаешься? Гетры, насколько я знаю, носят на ногах.

– Ма, ты безнадежно отстала от жизни. Это раньше носили на ногах, а теперь модно на руках. Съезди на рынок, они там дешевле.

– Может быть, вы сами съездите? – не очень уверенно предложила Лена. – Вернетесь из лагеря, и тогда…

– Ну, мам, что тебе стоит? – заныла Ритка. – Пока еще мы вернемся! А так будет сюрприз. Пожалуйста!

– Но я даже не знаю, какую вам надо расцветку! Вдруг куплю и не понравится?

– Ну чего тут можно не знать? Мне в голубых тонах, Валентине в розовых.

– Ладно, – сдалась Лена. – Сегодня и съезжу. Как там у вас вообще?

– Все хоккей. Валюха, правда, расстраивается, Гришаня ей изменяет с другой.

– Видишь, – огорчилась Лена. – Я же говорила!

– Ничего, – назидательно произнесла Ритка. – Пусть приучается, постигает суровую правду жизни. Крепче будет.

– Такой, как ты, она не будет никогда, – со вздохом сказал Лена.