Кормилица по контракту

– Да ты небось еще и целка, – мрачно констатировала Вера и, окинув ее ироничным взглядом, заявила: – Да, девочка, будут у тебя проблемы. Ты б хоть таблеток в аптеке купила, что ли.

– Каких таблеток? – наивно поинтересовалась Валя.

– От кашля! – ухмыльнулась Верка. – Неужто не сечешь?

– Ну тебя! – Валя густо покраснела и с размаху рубанула ножом по колбасному батону. Кусок вышел кривой, с неровным, зубчатым краем. – Вот, видишь? – окрысилась она на Верку. – Все из-за тебя.

Та невозмутимо пожала плечами:

– Не хочешь, не слушай.

Веркины слова Вале в голову очень даже запали, даром что сделала вид, будто ее это не интересует. Дождавшись перерыва, она добежала до соседней аптеки. Долго мялась перед прозрачной витриной, пока к ней не подошла девушка-консультант.

– Вам помочь?

Валя кивнула и пробормотала, запинаясь:

– Мне вот… лекарство… таблетки… – Она ткнула пальцем в витрину.

– Понятно. – Девица тактично улыбнулась. – Вообще-то, лучше всего в таких случаях проконсультироваться с врачом, но я бы порекомендовала вот это.

– Ясно. – Валя обрадованно схватила коробочку и поспешила на кассу.

Таблетки стоили недешево, но ее это не огорчило. Наоборот, она почувствовала себя надежно защищенной от всех напастей – раз цена приличная, то и качество должно быть высоким.

– Где была? – вопросила Верка, как только Валя вернулась в магазин.

– В кафе.

– Зачем тебе в кафе, если вечером в ресторан пойдешь? – На ее круглом, простоватом лице читались одновременно и насмешка, и легкая зависть, и добродушие. Последнего, пожалуй, было более всего. Валя решила не обижаться на нее – ну что поделать, если у Верки такой характер, все норовит сказать какую-нибудь колкость.

– Может, еще и не пойдем, – утешила она подругу.

– Как так? – оживилась Верка.

– Вдруг он не зайдет.

– Ну да, не зайдет, – хмыкнула Вера, – прибежит как миленький. Сразу видно было, что он на тебя запал.

Валя самодовольно улыбнулась, поправила резинку в косе.

Тенгиз и верно не заставил себя ждать. Едва девчонки, переодевшись, вышли на улицу, увидели: тут он, собственной персоной. Улыбается сахарной улыбкой в тридцать два зуба, рукой машет:

– Привет, Валя-Валентина! Садись, прокачу.