Проклятый граф. Том VI. Гарде и шах

Учитель был здесь – сидел в глубоком кресле, очевидно, созданном им недавно, ибо прежде таких предметов мебели на нижнем этаже не наблюдалось, возле разожженного камина и, уложив одну ногу на другую, задумчиво постукивал себя пальцем по подбородку, следя за приближением гостьи. Или пленницы, как было бы точнее.

Рыжие волосы его, как обычно бывало в свете огня, сами казались пламенными; желтые глаза посверкивали таинственно и угрожающе – учитель выглядел весьма впечатляюще, и даже в сердце ученика вселял невольный трепет.

Что уж говорить о ней – она должна была просто дрожать от ужаса!

Учитель медленно опустил руку и, сузив глаза, сделал изящное движение головой, немного поворачивая и, одновременно, наклоняя ее.

– Альжбета ла Бошер… – голос его, привычно спокойный, уверенный и даже немного холодный, сейчас звучал жестко, – Рад встретиться с матерью великого мастера.

Говорил молодой человек размеренно, неспешно, позволяя стоящей перед ним женщине – еще не старой, но уже ощутимо немолодой, – сполна прочувствовать вес каждого слова.

Она нахмурилась.

– Как ты нашел меня, Че?слав? Мне казалось, я уничтожила все следы.

– Тебе казалось, – подчеркнул Чеслав, мягко и загадочно улыбаясь, – От меня следы не скрыть, я обладаю слишком тонким нюхом… Надеюсь, ты не против конфиденциальной беседы?

Альжбета нахмурилась. В спокойном голосе оборотня ей чудилась угроза.

– Для этого было обязательно посылать своего клеврета с приказом немедленно доставить меня сюда? Ты мог бы проявить и уважение к женщине, которая старше…

– Старше меня? – Чеслав, не в силах сдержать веселье, расхохотался, запрокинув голову, – Ах, Альжбета! В сравнении со мной, ты – девчонка, и должна это понимать.

– Итак… – Чес ухмыльнулся, проводя кончиками пальцев одной руки по запястью другой, а затем сцепляя обе в замок, – Если уж речь зашла об уважении к старшим, будь добра проявить его сама. Мне нужна информация, которой, мне известно, ты владеешь, а я в свое время не придал значения и позволил себе забыть ее… Ты предоставишь ее мне и останешься жива.