Свобода

Но как только я это осознала – ух, такая злость разобрала! Вот же козёл! Говорит так, словно мы до сих пор вместе, и я до сих пор бегаю за ним, виляя хвостиком, словно его сабочка!

Я встала.

– Здравствуй, Саша. – Старалась говорить максимально сдержанно и холодно. – Позволь представить, Диана Одинцова…

– Я помню, – хмыкнул Градский, чиркнув по Диане взглядом. – Твоя подруга, которой вечно неймётся.

Взгляд Ди не предвещал ничего хорошего. Она было чуть ни сорвалась, но я успела схватить её за руку и сжать ладонь.

Градский наблюдал за этим с откровенной насмешкой, но молчал.

– Тогда, – продолжила я ещё холоднее, – знакомься – Евгений Исаев. Мой жених.

Женя посмотрел на меня удивлённо, но быстро сориентировался.

– Наслышан о вас.

Он протянул руку, Градский чуть помедлил, но всё же пожал. При этом глядя не на Женю, а на меня.

И только сейчас я заметила, что рядом, чуть позади Градского вообще-то стоит девушка. Его классический типаж: симпатичная, изящная, но фигуристая, с длинными светлыми волосами.

Одета именно так, как он любит. Чокер и парные массивные браслеты также наличествовали.

– Юля, – заметив мой взгляд, бросил Саша, приобнимая девушку небрежным жестом, заодно заставляя сделать шаг вперёд. – Моя подруга.

– Теперь это так называется? – всё же встряла Диана. Хорошо, что взглядом нельзя убивать!

– Именно. – Саша демонстративно приподнял лицо девушки за подбородок, погладил по щеке. – Юленька, ты ведь не против?

Он говорил ласково, а смотрел так и вовсе почти с нежностью.

Но я прекрасно знала, что за этим таится на самом деле. Девушка, по-видимому, тоже. Уже выдрессирована. Потупившись, покраснела и помотала головой.

– Как захотите… – прошелестела она едва слышно.

– Хорошая девочка.

Градский чмокнул её в щёку.

Диана кипела. Могла бы наброситься на него – растерзала к чёртовой матери. Правда, если уж по-честному, то здесь она не совсем права. Градский, безусловно, козёл, но. Во-первых, это всё-таки Тема.

Специфические отношения. Доминирование, подчинение, вот это вот всё. И непременно – добровольные. Так что это не абьюз.

Ну а во-вторых… Не знаю, как Ди этого не заметила – наверное была слишком зла. Но я давно знала Градского, и быстро поняла, что всё его поведение – спектакль. Гротеск. Намеренный. Зачем? Ну, например, затем, чтобы побесить Диану. Сашка тоже её не слишком-то любил и всё хотел, чтобы мы перестали общаться. Мол, она на меня дурно влияет.