Воин Русского мира

Когда-то на ней работал Виталий Травень – Сашкин отец. Сашка мог без запинки поименовать каждую из геометрических фигур: комплекс сооружений главного ствола, здания подъемных машин, котельная, вентиляторная установка, электроподстанция, АБК[3 - АБК – административно-бытовой корпус.], контора, механические мастерские, да мало ли ещё что! Когда-то здесь кипела жизнь, а ныне все застыло. Пыльные окна АБК больше не отражали божий мир. Время и пространство утекали в черные дыры пустых окон. Труба котельной походила на исковерканный подагрой палец старца.

– Шахта не работает больше… – рассеянно произнес Сашка.

– И давно, – отозвался Неназываемый. – Господин Лихота пытался наладить работу. Но жители этих мест – дикий народ. Не хотят хорошей работы. Диверсия за диверсией. Шахту пришлось закрыть.

– Как же так?

– А зачем им? Роют норы в земле, достают уголь, продают. Так им больше нравится. Дикари.

– И я один из них…

– О вас в этих местах говорят, как о солдате. Вы – не шахтер.

– Я внук шахтера и сын шахтера, и знаю наверняка: шахтер не будет устраивать диверсии.

Неназываемый криво ухмыльнулся. Сашка начинал злиться.

– Послушай! – Он ухватил Неназываемого за рукав куртки.

Тяжелое, костистое, хорошо вымуштрованное тело отозвалось на его прикосновение ответным, точным движением. Травень отлетел назад всего на пару шагов. Неназываемый не желал серьёзной схватки, но спуску давать не собирался.

– Не стоит! – прорычал он. – Мы оба здесь чужие. Местный народ ленив, непредсказуем и агрессивен.

Лучше беречь друг друга.

Он внимательно и оценивающе смотрел в лицо Травня, и Сашка решил повременить. Глубокий вдох и полный выдох. Спокойнее. Над головой родное небо, вокруг – знакомые места. Здесь ему по плечу любая задача. Он справится.

– Не стоит! – ещё раз повторил Неназываемый.

Сашка поднял голову к небу. На верхушке террикона висело белесое облако. День был по-весеннему влажным. Воздух туманился мелким дождичком – первым в этом году. Травень с забытым трепетом рассматривал знакомую, застывшую на все времена в своей неизменности картину, лишь слегка оживленную искрой движения – по пестрому, черно-белому фону перемещалось яркое пятно.

Кто-то одетый в яркую, с оранжевыми полосами куртку, спускался вниз по склону. Раздался металлический лязг. Травень обернулся. Неназываемый уже приложился к оптическому прицелу. Винтовка у мужика хорошая – CheyTac M200 «Intervention». Прицел стоит целое состояние, да и прочий обвес совсем не дешевый.