Подари мне жизнь

Попробовав приготовить по его рецепту купленную баранину, действительно ощутила этот самый “вах”, сметя всю тарелку. Теперь, когда мы собирались на шашлыки с моими новыми друзьями, мясо покупалось только у этого дедушки. Тем более сегодня, в такой день, когда мои друзья «прощаются» с морем, я, забежав с утра, попросила дядю Верика еще и замариновать его самому. Кто как не грузин сделает шашлык “пальчики оближешь”!?

Вечером, собравшись во дворе гостевого дома, где жили мои друзья, пока Иван с пацанами жарил шашлык, мы с Аллой дегустировали домашнее виноградное вино.

Разговаривали о жизни, о любви. Она поведала мне историю своего знакомства с мужем, ничего необычного, но из ее уст это звучало весело. Ну или вино делало свое дело, потому что хохотали мы над каждой шуткой.

Когда шашлык был готов, я и Алла были почти “готовы” тоже: веселые, хмельные, язык заплетается – ну чудесно же.

– Ох, девчонки! – посмеялся над нами Иван. – Посмотрю на вас завтра, как вам весело будет. Особенно, Аллочка, на тебя, как ты лететь будешь в самолете почти шесть часов.

– Нормально, – заплетаясь ответила она, и мы прыснули от смеха. – С минералкой в руке и посапывая у тебя на плече.

В этот вечер еще раз убедилась, что молодое домашнее вино – коварная вещь: пьется как компот, и не замечаешь, как в голове туман, и земля начинает крутиться быстрее под ногами.

Как нам не хотелось с Аллой еще посидеть, но Иван был очень настойчив, заставляя нас идти спать – им рано вставать завтра, рейс в двенадцать дня.

Его жене хорошо бы отоспаться, поэтому в десять вечера, мужчина вызвал мне такси, предварительно уложив своих сыновей спать и уговорив жену последовать их примеру, проводил меня до дома.

Пошатываясь, я вошла в квартиру, добрела до кровати, разделась, разбросав свою одежду по полу, рухнула на кровать. Глаза слипались, но мне взгрустнулось. Так захотелось набрать номер одного красивого голубоглазого “глюка”, но к сожалению, или к счастью, его телефона у меня не было.

– Я соскучилась, – слезливо прошептала в воздух и отрубилась.

Утро встречало меня тяжелым похмельем: голова была чугунной и гудела нещадно, во рту пустыня, глаза еле открываются. М-да, утро добрым не бывает, давно я так не напивалась.

Кое-как отодрав себя от кровати, поплелась в ванну приводить себя в чувства, стоя под прохладным душем. Помогло, но не сильно – голова все еще противно гудела. Пришлось искать таблетку, терпеть ни сил, ни желания не было.