Арина. Путь в преисподнюю. Книга 1

Я же чувствую твое вожделение. Зачем упрямишься? – поддел его плечом владыка.

– Хочешь на чистоту? – довольно серьезно поинтересовался Аббадон.

– Выкладывай, – хмыкнул Люций.

– Нравится она мне, это да, но мне не нравится род ее деятельности и ее одеяние. Я ж ее от ревности придушу, а ты мне потом голову снесешь за это, – довольно грустно поведал демон.

– Снесу, – подтвердил владыка. – Так ты обуздай ревность свою. Подумаешь голой ходит, да мужские души до исступления доводит.

– Попробую, – усмехнулся помощник.

– Вот об этом я как-то не подумал! – рассмеялся Люций.

– Вот и обдумай такую ситуацию, – довольно покачал головой Аббадон. – А пока думаешь, поведай мне, отчего мы не к тебе идем?

– Тут у меня случилось кое-что, – хмуро начал владыка и пока они шли до дома помощника, вкратце обрисовал ему ситуацию с Ариной.

– Дела! – задумчиво протянул тот. – Неужто она к тебе прислана? Иначе думаю не оказалась бы на той лавочке, а сидела бы под окнами Адама.

– Не хотелось бы, – хмуро пробурчал Люций.

– И кто тогда блудниц мучить будет? – шутливо спросил он. – Ты с этой девицей, я с Аграт, Бальтазар давно уже со своей Барбело. Что делать-то будем?

– Вот об этом я меньше всего печалюсь, друг мой. Асмодей с радостью нас заменит, – усмехнулся владыка.

– Этот да, – хмыкнул Аббадон. – Этому вообще без разницы: африканки, азиатки, не до конца преобразившиеся мужчины.

Разговаривая и смеясь, они дошли до дома помощника, поднялись к нему в спальню, где их уже ожидали темнокожие блудницы, которых привела Аграт и терпеливо дожидалась демонов.

– Вот, как и обещала, – промурлыкала она, как эти двое вошли в комнату. – Лучшие из лучших.

Рассматривая стройных, знойных африканских голых красоток, с опаской подглядывающих на двух демонов, оба одобрительно усмехнулись и синхронно кивнули.

– Угодила! – облизнулся Люций, пошел провожать демоницу и, закрывая за ней дверь, шутливо поинтересовался у нее: – Ответь мне на один вопрос, Аграт.

– Ой, владыка, – шутливо всплеснула руками демоница. – Боюсь не сдюжить твоего темперамента, – и, приблизив свое личико к уху Люция, прошептала: – Да и Аббадон мне дюже нравится. – Развернувшись, ушла, громко цокая изящными копытцами, покачивая призывно упругими бедрами.