Письма из апокалипсиса

Думаю об этом и заранее злюсь.

К восьми приезжают первые гости и внимание Иры переключается на Федю, красивого, наглого и загорелого. Настя держится независимо, но ни от кого не ускользнуло, что приехали они все-таки вместе. Да и флаг им в руки. Любимые грабли, и хоть до девятого круга. Кажется, мир достаточно сошёл с ума.

Вырвавшись из Ириных объятий, Федя врывается в кухню:

– Кого я вижу!

Эхо разбегается по углам. Штормовые басы бьются о стены и потолок как волны. Красивый и улыбается, зараза, так, что невозможно не улыбнуться в ответ.

– Теплее-теплее… Как жизнь, Кристи? – восклицает Федя и стискивает меня в объятьях, я на мгновение замираю, сдерживая внутренний протест.

Ты не войдёшь в эту дверь, можно расслабиться и обниматься с друзьями сколько угодно… Почему не получается?

Выскальзываю из его объятий, улыбаюсь и отхожу к окну. На улице темнеет. Часы уже показывают четверть девятого. В коридоре снова шум. Голоса.

Федя вдруг смущается, пожимает плечами и исчезает в полумраке прихожей, где толпятся наши знакомые тени.

Да, именно тени.

Половина девятого. Ты ведь знаешь, как я себя чувствую?

Со всеми перездоровалась, переобнималась, теперь хожу и раздаю бокалы, открываю бутылки с пивом, периодически отнимаю у Иры телефонную трубку, она так и норовит позвонить Игорю, который опаздывает.

—Глава семьи не опаздывает, глава семьи задерживается, – хохочет Федя, но улыбка его уже не столь ослепительна. Сквозь огромные окна без штор, отлично просматривается болото до самого горизонта, колючая проволока, ветряки и прожектора, которые вот-вот погаснут.

—Ну и где? – спрашивает Марина и плюхается на матрас, нисколько не стесняясь короткой юбки. – Пить вообще сегодня будем? Игорь нас догонит.

Все смеются, Ира порхает отяжелевшей бабочкой. Прибавляет радио.

–Вы пока разливайте, мы с Кристи закуску принесём, – и тянет меня за рукав.

20.45.

– Где он?

Спрашиваю, хотя вижу, Ира и сама ничего не понимает, и отвечает растерянно:

– Должен быть дома уже. Он заканчивает в семь обычно.

Связь вот-вот пропадёт. Свет погаснет.

Знаю, что это бесполезно, но пытаюсь отвлечь Иру и спрашиваю:

– Свечи на месте? Ты проверь, а я пока… салаты принесу.

Ира бежит пересчитывать свечи. Скрипит дверь кладовки.

Набираю номер. Жду. Звонок проходит, но очень медленно. Отчётливо тикают часы.