Кто убил Ангела

Контраст белого и алого выжигал глаза, сверлил висок, сводил спазмом желудок: даже повидавшим многое врачу и полицейскому было не по себе.

– Вы знаете убитую? – следователь первым пришёл в себя.

– Это наша постоянная пациентка, Андреева Ангелина. Уже четвёртый раз поступает на лечение: попала к нам в восемнадцать, и каждый год её родители привозят. Шизотипическое расстройство, сопровождаемое паранойей. – К концу предложения голос главврача окреп, к нему вернулась прежняя уверенность.

– Хм, интересно-интересненько.

Что, прям так сами и привозят? Каждый год по графику? – Следователь склонился над трупом. «А ведь хорошенькая, правда, как ангел с картинок: будто сейчас глаза откроет и взлетит».

– Да, каждый год. Поймите, с таким диагнозом Ангелина нуждалась в постоянном наблюдении. Здесь к ней относились как к родной, поэтому она сама не была против лечения. Её родители – порядочные, сильные люди, которые стойко несут свой крест.

В соседней палате раздался протяжный заунывный вой, а в следующую минуту к нему присоединились вскрики, проклятия, хохот и плач.

Вся больница наполнилась какофонией звуков. Второй раз за вечер Павлову стало не по себе.

– Не волнуйтесь, Александр Александрович, здесь часто так – это лишь поначалу пугает, потом привыкаешь и не обращаешь внимания. Люди с психическими расстройствами очень чувствительны к эманации смерти. Может, чувствуют, что рядом лежит труп, а может, опять призрак хозяйки усадьбы к кому-нибудь явился.

«Чёртова больница, чёртовы психи, чёртова генеральша!»

– Аркадий! – пытаясь перекрыть шум, Павлов высунулся в коридор и позвал эксперта. – Где тебя носит? Я один должен что ли всё делать?

В палату неспешно вошёл судмедэксперт, осмотрелся по сторонам и направился прямиком к трупу.

– Золотко, кто ж тебя так? – Мужчина ещё раз огляделся, будто надеясь, что убийца находится среди них. Взгляд задержался на Дашковском, примеряя на него роль кровавого маньяка.

 – А девочку-то профессионал порезал, посмотрите, какое ювелирное рассечение артерии. Ладно, Саныч, – за работу, садись пиши протокол, сейчас коллега криминалист придёт, нам тут до утра дел. Итак, труп женский, лежит на больничной койке…

Хмурое утро с трудом отвоёвывало позиции у ночи: солнце давно встало, но тяжёлые тучи не пропускали лучей. В таком освящении всё выглядело иллюзорным и плоским, будто дешёвая картина, покрытая толстым слоем пыли.