Доставка сновидений. Курьер в комплект не входит!

Припаркованный автомобиль! В нашем Моруане, несмотря на близость столицы, это транспортное средство оставалось еще диковинкой. Я застыла в нескольких шагах возле доски объявлений, делая вид, что знакомлюсь с содержанием развешанных рекламных листов. А сама же рассматривала черный блестящий кабриолет. Вот лучше бы вместо дурацкой шляпки мне приснился собственный автомобиль!

Я бы еще долго медитировала, любуясь чудом техники, если бы не две дамы, которые прошли мимо меня. Я успела уловить только одну фразу, но от голоса, которым она была произнесена, я покрылась испариной.

– Жозефин, я уверяю тебя, всё пройдет наилучшим образом!

Чуть ли не впечатавшись лицом в доску объявлений, я напряженно ждала, когда эти дамы минуют меня. А потом медленно повернула голову в их сторону. Этот голос я узнаю из тысячи других. Именно этот глубокий голос с его завораживающими вибрациями вынес мне приговор на выпускном экзамене. Как сейчас помню хлесткие слова: «Бездарность! Это провокация! Лживая интриганка!».

Я осторожно наблюдала, как госпожа Монсьёни прошествовала к кабриолету, расцеловалась с Жозефин. Тут же подскочил шофёр и услужливо распахнул дверцу автомобиля. Так-так, постойте-ка! Седой шофёр субтильного телосложения совсем не вяжется с тем образом молодого и приторно-привлекательного мужчины, который я успела выловить в сознании супруги министра Кавила! Это что же получается?! Меня обвинили в профнепригодности, мне не выдали лицензию, но шофера все-таки сменили! То есть прислушались к моему мнению.

Пылая гневом, я глазами проследила за отъезжающим кабриолетом. Нет в этом мире справедливости!

Свернув с этой улицы на другую, которая вела к дому родителей, я вдруг нос к носу столкнулась с Мартином. Как говорится, на ловца и зверь бежит. Я и рта не успела открыть, чтобы выразить радость от этой встречи, как медиум, взял меня под локоть и, склонившись, заглянул в глаза:

– Фрида, у тебя такое выражение лица, будто кто-то очень сильно обидел тебя.

Эх, Мартин, знал бы ты, какие влиятельные у меня обидчики… Но жаловаться на судьбу и лицемерную госпожу Монсьёни вместе с её супругом министром, значит зря терять время. Я в ответ тоже подцепила локоть Мартина и, вложив в голос всю серьезность, на которую была способна, сообщила:

– Мартин, у меня к тебе серьезный разговор. Очень серьезный.