Шлеп-шлеп-шлеп и другие

Купив еще две булки хлеба, она покрошила их все. Радуясь, что у ворон сегодня праздник. Хлебный.

Альбина хоть и радовалась за ворон, кормя их, но и не забывала посматривать в сторону дерева, где собрались вороны и вели свой каркающий диалог. Что же их так взволновало и почему поднимался ветер, лишь она делала попытку подойти туда? Лина сделала еще одну попытку подойти к дереву. Медленно, стараясь не вспугнуть птиц, она приблизилась к вороньему дереву. Как ни странно, но ветра не было. Ничего необычного там не увидев, Аля раздвинула небольшие кусты черемухи и только там увидела, что так взволновало ворон.

В кустах лежал вороненок, но вид у него был очень уж необычный. Малиново-голубой окрас перьев в сочетании с носом картошкой. Вы когда-нибудь видели ворона с таким окрасом перьев? Вот и Альбина, увидев, поначалу даже растерялась. Задвинула обратно кусты и снова отодвинула. Ничего не изменилось, значит, не показалось. Это как? Тут поднялся небольшой ветерок и, кто-то тихо спросил:

–Боишься? Не бойся, я не трону.

Помоги мне, пожалуйста.

Аля не сразу определила откуда раздается голос, а поняв, решила, что у нее, видимо, после бессонной ночи галлюцинации. Разноцветный вороненок голосом человечьим разговаривает. По старинке проверила, как бабушка рассказывала, ущипнула себя. Ай, больно же. Явь.

–Держите меня семеро, это кто же тебя так испачкал? Какой паразит?

–Да никто меня не пачкал, это я, когда летать учился, немного траекторию полета потерял и, со всего маха влетел в окно парикмахерской, где красили волосы одной размалеванной девице, правда было непонятно, зачем все цвета радуги примерять на себя.

Влетел аккурат в миску с розовой краской.

–А голубой-то почему?

–А, это? Я попытался взлететь и снова незадача—еще миска, но уже с голубым цветом. В общем, уделался я там по полной. Шухеру навел, – мечтательно вспоминал воронёнок.

–А с клювом-то что случилось?

–С клювом-то? Ничего, он всегда такой был, эту заразу ничем не исправишь.

–А вот не скажи. У меня сосед Сафонкин пластический хирург, так и не такие ужасы переделывал.

Этот незатейливый диалог продолжался минут пять. Хорошо, что в это время в сквере никого не было, а то бы разговором девочки с кустами могли бы заинтересоваться.

–Ладно. Хорош трещать, давай знакомиться. Шлеп-шлеп-шлеп, —гордо произнес вороненок.

–Альбина, —еле сдерживая приступ хохота, сказала девочка.

–Не вижу ничего смешного. Я, между прочим, профессор в области шлепков, шорохов и шума.