Время щенков. Хроники земли Фимбульветер

Но до хлыны ли, когда на свете есть Герда?

– Ночью до рассвета да и вечером поздно не выходите на улицу. Недавно возле дома метельщика Кори хлына убила женщину.

Гест Гастис и Герда слушали молча, Тора испуганно ахала. Не знаю, насколько мне удалось порадовать слушателей своим рассказом, но призадумались они крепко.

– Хлына, хлына… – проворчал торговец. – Что-то я недавно о ней слышал. А, в Ярме! Они там исхитрились ее выследить и прикончить.

Ну, Ральф, ну болтун старый! Значит, от Форка до Гехта все спокойно было? Так и знал, что дед что-нибудь пропустит.

Ярм – небольшое селение в трех часах пути от Гехта. Люди там живут за счет постоялого двора и торговых складов. Своего хрониста не держат, если случается что-то важное, призывают из Гехта или же передают весть с проезжающими. Торгрим был в Ярме раза три, всякий раз ездил не по делу, а из любопытства. Один раз брал меня с собой. Странно, что в приземистом малолюдном селенье вообще завелась хлына, но жизнь чудовищ странна и людям не понятна.

Надо ехать.

Когда вышли из булочной, Герда шепотом спросила:

– Ларс, вот вы все говорите «хлына». А кто это?

Хельга подтащила кресло-качалку к столу, но поставила его боком. Это не значит, что сестра сейчас не работает. Главному прознатчику Гехта вовсе не обязательно зарываться в бумаги и яростно скрипеть пером, Хельга может хоть головой вниз с потолка свешиваться, но при этом обдумывать что-нибудь крайне важное.

– Хеск хронист! Где вас опять фунсы носят? Вы хоть знаете, что послезавтра в город прибывает король?

Не работает. И настроение самое подходящее.

– Ну не к нам же в гости он едет.

– Лучше б к нам, суеты бы меньше было. Его Величество прибывает инкогнито, – Хельга слегка оттолкнулась от пола, приводя качалку в движение. – Стражи бегают, как озябшие. Готовятся.

– Обеспечивают порядок на улицах?

– Порядок в караулке! У них там тилл рог сломит.

– А тебя выгнали, чтобы стыдно не было?

– Сама ушла. Очень надо глядеть на их рваные подшлемники.

Хельга снова раскачалась. Старенькое кресло сердито заскрипело.

– На, – я положил на стол сверток из булочной. – Съешь и успокойся.

– Плюшечки! – Хельга приподняла уголок салфетки. – От Торы? Ум-м, как пахнут! Как ты умудрился пронести их мимо Гудрун?

– Она тесто месит.