Осень Окаяна

Присосались, как клещ к собачьему уху. Она не еретичка, Сер, даже не ведьма. Она теперь самая настоящая нечисть.

Вольга замолчал. Сер в ответ тоже не проронил ни слова. Оба слишком хорошо знали, как поступают на острове Окаян с нечистью и местами, где она обитает.

– Сер. Он же наверняка будет здесь. Кто еще способен состряпать такое? Аспида не бьют в горах, только когда он падает на землю. В городе, тем более за проливом, мы к нему не подберемся. Один раз я его упустил…

Волкодлак со вздохом положил голову на лапы.

– Слишком много говоришь. Если нордры продержатся эту ночь, завтра на рассвете отправимся в Аскхейм. Обо всем расскажешь Исе. Дальше они сами. Если не всех ведунов еще перетопили.

– Ладно, вожак! – Вольга сразу повеселел. – Перемахнем Братству дорогу!

Он поднялся поспешно, словно боялся, что Сер остановит его, передумав.

– Пойду пока в лагерь, погляжу, что люди делают. Скоро свидимся.

Человек не услышал бы, как ступает Вольга, но волкодлак различал каждый шаг. Вот молодой смолен остановился возле дозорного, вот прошмыгнул мимо, вот опять зашагал свободно и весело.

Доволен! А это что? «Спасибо, вожак…» Дурила.

Оборотень поворочался, устраивая поудобнее совсем уже волчью голову. Осень подступает. Уйти бы сейчас в щедрые богатые леса, подальше от враждебных людей, от железа, от смешанного запаха ладана и горящего мяса. К зиме бы готовиться. Но Вольга от задуманного не отступится, а вожак стаю не бросит. А тут еще Беркана. Видно, крепко схватила сердце волчонка чернокосая девушка.

Была бы другая, только порадовался б Сер. Но Беркана – дочь и падчерица вождя. Да к тому же с Тьмой за плечами. Человек, ведогоня которого схватил враг, вдруг становится над собой не властен, воплощенным злом становится. Молись своему богу, девочка, чтобы помог тебе дотянуть до встречи с хорошим ведуном.

Ветер дул в сторону лагеря людей, поэтому Сер не почуял запаха человека, подходившего к дозорному, но шаги его расслышал хорошо. Шаги человека, не привыкшего ходить ни по лесам, ни по песчаным отмелям вдоль берега моря, ни по палубе корабля.

Ногам идущего были любы мощенные камнем улицы герумских городов.

Сер неторопливо поднялся и нырнул в ночной лес.

Чья-то рука легла на плечо Эйрика Мьёлльнира. Оглянулся – Безлицый. Протягивает флягу.

– Это хорошее вино. Угощайся, брат.

В посудине что-то соблазнительно булькнуло. А уж запах! Рыжебородый нордр привык к ячменному пиву, но и в винах знал толк.