Дети царя Салтана

– Так,– задумалась я, теребя мочку уха,– Ни в одной из угроз не указаны требования,– я отпустила ухо и зашагала по комнате взад-вперед.– И в связи с этим, у меня вопрос: « Чего они добиваются»?

– Может, хотят, чтобы у Ксюхи «крыша поехала»?– предположила Ирина.– И ее в дурку увезли?

– Это похоже на правду,– ноги Ксюши подкосились, и она рухнула на кровать,– У меня такое ощущение, что я уже схожу с ума,– она закрыло лицо ладонями, и заплакала.

Мы с Ириной, не сговариваясь, плюхнулись рядом с ней.

– Не надо, Ксюш, не плач,– погладила Ирина ее по спине.

Я, торопясь подтвердить слова подруги, кивнула так, что в моей шее раздался хруст.

–Ой,– застонала я, хватаясь за больное место.

– О – па,– ехидно заметила Ирина.– Преступник еще ни слухом, ни духом, а у нас уже первое ранение.

Они с Ксюшей звонко рассмеялись, и в спальне сразу стало как-то светлей и теплей.

– А как эти записки к тебе попали? Их тебе прямо в комнату подкидывали?– бесцеремонно прервала я их радость, не переставая массировать шею.

– Нет. Я их в почтовом ящике, у ворот, находила. В чистых, без единой надписи конвертах, даже не заклеенных.

– Ага-а-а,– переместила я руку на подбородок, поглаживая теперь его и устремив свой взор в окно.

– Что «Ага»?– раздался вопрос, спрятанной за Ксюшей, Ирины.– Можно подумать, что ты уже вычислила преступника.

– Слушай, Ксюх, а кому достанется все это богатство, в случае твоей смерти?– вернулась я опять к ноющей шее, обратившись к хозяйке дома и не реагируя на высказывания Ирины.

– Ты чего?– показалась из-за Ксюши половина Ирины, с пальцем у виска.– Совсем что ли? Такие вопросы задаешь?

– Нормально,– Ксюша опустила руку Ирины вниз, после чего все остальное сразу скрылось, вернувшись в первоначальное положение.– Папе, скорей всего. У меня больше никого нет. Крестная? Но она всего лишь была подруга мамы. Мила? Она тоже не кровный родственник, а соседка и моя подруга.

– А завещания ты не составляла?– мне становилось все интересней.

– Нет,– покачала она головой в отрицании.– Все как-то руки не дошли. Да, и Мила говорит, что это плохая примета. Мол, беду накликаю.

– Фу, ерунда какая,– снова частично возникла Ирина теперь только одной головой.

– А, если бы дошли руки, то кому бы подписала?– сдерживаясь, чтобы не рассмеяться над подругой, не отставала я от Ксюши.

– Конечно папе.