Не ходите, девки, в Африку гулять

– Конечно, – ответила за всех Марина, которая уже протоптала тропку к шкафчику, где находилась посуда. – Держи тарелки и накладывай, что считаешь нужным.

Ирина, наполнив тарелки едой, с той же скоростью, с которой спустилась, вспорхнула наверх, кормить Софочку, у которой, я очень надеялась, проснулась совесть. И именно по этой причине она и прикинулась больной, попросту не отваживаясь посмотреть нам в глаза.

– Не совсем здорова она, – царапая теперь вилкой дно пустой посуды, громко возмутился Вячеслав. – Я бы по-другому сказал: «Совсем не здорова! Причем, навсегда».

– Слава, – прикрикнула на него Наташа.

– Нельзя так со старшими. Вы же тоже, когда-нибудь станете старыми, – повела на второй круг свой монолог тетя Галя.

Я, посочувствовав Вячеславу, повернулась на другой бок и под лекцию об «уважении и неуважении», вещание которой велось монотонным тембром, мгновенно заснула.

Глава 11

Когда разошлись друзья, я не услышала, но, проснувшись от крика и шума на лестнице, поняла, что нахожусь в полной темноте.

Включив свет, я вздрогнула от неожиданности, потому что разглядела, как кто-то полуголый, в одних трусах, свисает с перил лестницы вниз головой. Одна нога этого нарушителя покоя запуталась в ковровой дорожке, а вторая торчит подошвой вверх. И она, вторая нога, раскачивается из стороны в сторону, по всем приметам, в поисках точки опоры.

– Ты кто? – стараясь вести себя спокойно и сдержанно, спросила я.

– Танюх, помоги, я застрял.

– Вань, это ты? – узнала я мужа сестры. – Ты чего здесь?

– Я воды попить захотел и запнулся, спускаясь по лестнице. Помоги.

– А сам что, не можешь? – постеснялась я подойти к почти голому и чужому мужу. – Съехал бы вниз и все.

– Да, не могу я, – начал злиться Иван. – Нога застряла. И еще я трусами за что-то зацепился. Если я вниз сползать начну, то я без трусов останусь.

– Кто бы тебя в темноте рассматривать стал? Сполз бы быстренько, взял трусы в руки и к жене ушел, – ворча, поднялась я к потерпевшему.

Я помогла Ивану высвободить его ногу из-под дорожки. Встав в полный рост и держась одной рукой за, ставшие милыми сердцу (точнее, телу), перила, он, выдохнув, проговорил:

– Спасибо тебе, Танюх. Спасла. Только не рассказывай никому, что произошло. Ладно?

– Ладно, – махнула я рукой и направилась в гостиную, чтобы попробовать заснуть в очередной раз.