Не ходите, девки, в Африку гулять

Наташа с Мариной, в свою очередь, тоже переглянулись и, не раздумывая, направились в сторону благоверных, прихватив по пути и Свету. Я, предоставив удовольствие нахлобучить мужей их женам, опустилась на сиденье. Пан Петар, как настоящий джентльмен, предоставил мне это право сделать первой и сел рядом только после того, как удобно устроилась я. В зад что-то кольнуло, и я, соскочив с кресла, засунула руку в карман, достав оттуда полиэтиленовый мешочек.

– Тетя Галя, – сотрясая воздух упакованным брелоком, крикнула я настолько громко, что в мою сторону обернулись не только мои товарищи.

На крик оглянулись и молодожены, которые на какой-то миг оторвались друг от друга, а также мужчина в костюме, поднявшийся было со своего места, чтобы, видимо, куда-то пойти, но тут же рухнувший обратно.

– Тетя Галя, – повторила я уже тише. – Это твое?

– Ой, – спохватилась тетя Галя, зачем-то заглядывая к себе в сумку. – Наверное, мое. А где ты это взяла?

– В том самом месте, – стараясь говорить как можно понятней для нее и непонятно для других, подмигнула я ей.

– А-а-а, – поняла она меня. – Я там тоже сумку роняла. Значит точно мое.

И тетя Галя вытянула руку в мою сторону. Не мешкая, догадавшись, каких действий от меня ожидают, я поспешила к ней, чтобы отдать находку.

Вернувшись к предыдущему собеседнику, я предприняла новую попытку и, соблюдая осторожность, опустилась на сиденье рядом с ним. На этот раз без причинения урона организму.

– Скажите, пан Петар, – отвлекла я его от лицезрения воспитательного процесса наших мужчин, к которому присоединились теперь все женщины, кроме меня.

– Видимо, Таня, вы плохо знаете историю нашей страны. Не скажу, что все в Черногории разговаривают на вашем языке, но имеются те, кто владеет языком в той или иной степени. Кстати, до 2000 года русский язык преподавали в школах. Я прав, Весна?

– Прав, – улыбнулась пани. – Я располагаю сведениями, что в некоторых учебных заведениях преподают до сих пор.

– Но вот видите, – напомнив обрадованного ребенка, хлопнул в ладоши пан Петар. – А мы так хорошо знаем язык еще и потому, что два раза в год посещаем вашу страну. Наш сын Милош живет в России. И как только мы начинаем скучать по внукам, сразу же, не раздумывая, покупаем билеты и летим к нему. А сын еще в конце одна тысяча девятьсот девяносто девятого года покинул родной дом, спасая свою семью от войны. С тех пор и живет в России.