Быть нужным

Согласен, незачем Камилле сейчас знать, что, даже если Кикимора умерла сразу после того, как сварила себе кофе, преступник вовсе не обязательно дух, растворившийся в астрале. Душегуб вполне мог быть одним из расположившихся на лестнице расписных балбесов. Имел возможность спокойно выйти и подняться наверх. Затаиться где-то в квартире. Последнее вероятнее и хуже всего. Кто поклянется, что убийца не разглядывал Камиллу в щелку?

– Что случилось сейчас в трамвае?

– Не знаю. Мне показалось, что кто-то меня толкнул.

– В следующий раз, когда покажется, кричи так громко, как только можешь. Зови на подмогу. Лучше выглядеть живой дурой, чем быть мертвой благородной дамой.

– Потому я и хочу нанять тебя для охраны.

– Договор придется заключить на словах. Я больше не состою в серых отрядах.

– Я верю твоему слову.

– Трэкул, ты свидетель.

Я протянул Камилле руку, и девушка, замешкавшись на секунду, чтобы снова подтянуть рукава, ответила на мое пожатие. Пальцы у служанки оказались нежные, гладкие, но неожиданно сильные.

Трэк, хмыкнув, прихлопнул наши руки сверху ладонью. Сделка состоялась.

***

Когда мы закончили великий совет в булочной, был уже поздний вечер. Я отправился провожать Камиллу. Шли, понятное дело, не под ручку и даже не рядом – я держал дистанцию сзади, то почти догоняя девушку, то снова отпуская ее на расстояние рывка. Моя нанимательница, умница, запомнила, что ей объясняли, шагала ровно, не останавливалась, по сторонам испуганно не озиралась.

Обычная картина: студенточка или служащая торопится домой, за ней тем же маршрутом тащится длинноволосый парень, погруженный в свои мысли.

Людям на какое-то время оказалось по пути, только и всего.

У своей парадной Камилла, как было договорено, остановилась и принялась копаться в сумочке. Я обошел девушку и открыл дверь.

Жила покойная профессор Кикель совсем неплохо. Небольшой принадлежащий городу дом на дюжину семей. Стоит в тихом переулке, но до большого проспекта всего несколько минут ходу.

Ясно, что обосновались здесь не богачи, но люди приличные, солидные. Встречаясь на лестнице, здороваются, но к соседям за спичками, солью или просто поболтать не бегают – не принято. Здесь уважают чужой покой и приватность. На ночь жильцы наверняка запирают парадную дверь на ключ. Консьержки нет, но все чисто, лестница вымыта, на подоконниках между этажами стоят горшки с цветами.

В таком доме просто не могут не зажечь вечером фонарь у основания лестницы.