Вампиры и бытовуха, и Маша

– Бл*! – уже орала я от боли и закрыла глаза.

Раздался оглушительный залп, а потом наступила тишина.

Длительная.

Через какое-то время приоткрыла один глаз. Потом второй.

– Как думаешь, где мы? – сказал мне кот, сидящий на сколоченных деревянных лесах в какой-то страшной комнате. В очень жуткой: высокий-превысокий потолок с посеревшей лепниной, огромное окно с колыхающейся белой рваной занавеской.

Обвела глазами все помещение. А потом осознала, что только что произошло.

Кот. Сказал.

– Аа-а-а! – опять кричала я, упав на пол и тыкая в  кота пальцем.

– А-а-а-а-а! – заверещал кот. Видимо, тоже пришел в себя и понял, что такое поведение ему не свойственно. – Я говорю!!!

–А-А-А-А-А! – продолжали мы вопить и отползать друг от друга.

Определенно происходит что-то интересное.

Я резко захлопнула свою говорилку и, двинув рукой, захлопнула говорилку кота, благо он находился не так далеко от меня.

– Пират? – уставилась на него.

На себя он, конечно, был похож, но сильно раздался в размерах.

Огромный, как среднестатистическая собака,  кот выпятил грудь и ответил. Едва он начал произносить слова, я поняла что порода наша – Антоновы.

– Ты че? Офигела? – возмущался кот.

Ребята, это не шизофрения. Шерстяные могут выражать недовольство и, как оказалось, не только мяуканьем и фырчанием.

– Это мягко сказано, – откинулась я на пол, не в состоянии больше держаться  в вертикальном положении.

Да он сам офигел. Мы в непонятном месте, и он разговаривает.

– Пират я, Пират, – возмутилось чудовище.

– Пират? – еще раз спросила, оценив разницу в масштабах моего и так немаленького кота за пару минут до произошедшего.

– Ой, ну подумаешь, разросся немного, – мазнул по мне лапой хвостатый.

Ага. Немного. В два раза.

Я поднялась с пола и еще раз оглядела помещение.

Что мы имеем? Старая комната со скрипучими полами, деревянные леса с накинутой на них простыней.

А еще попала я сюда почему-то без Даши, хотя мы были рядом, почти держась друг за друга.

Тут мой взгляд зацепился за знаки, нарисованные белой краской на полу. Развернувшись и аккуратно ступая, внимательно изучала символы.

Я вам, что ли, демон какой-то? Пентаграмма нарисована, руны. Это что получается? Меня вызывали?

Пират, словно прочитав мои мысли, проурчал:

– Демонесса, как есть.