Озеро молчания

Это беспокойство было и сладким, и мучительным, лишало сил и сна. А тут еще весна и этот воздух теплый и сырой, полный неясных обещаний – ежегодный обман, от которого нет защиты…

Дома я заставила себя вновь взяться за тряпку, но не надолго: позвонила Клара. Она работала в больнице скорой помощи, крутилась там с утра до вечера и уж если выбрала время повидаться, дико было бы упускать такую уникальную возможность. Какое счастье, что Егоров починил печь, не то бы я опять получила полноценную клизму.

– Слушай, мать, я думала только у меня дома полный аут, – проговорила она, выходя из ванной – как все врачи, она была крайне чистоплотной, – но ты меня переплюнула: у тебя же все на честном слове держится. Не сегодня – завтра трубы полетят, ей-Богу.

– Да я уже сама дозрела.

– Не тяни, по-моему, ситуация экстремальная. Сейчас такой выбор, если поискать хорошенько, сравнительно недорого можно сделать.

– Ох, видела бы ты, какая ванная у Лерки! – опрометчиво брякнула я.

– Ты что, была у нее?

– Да как-то встретились на улице, она и затащила.

Хотя в школе нас и называли неразлучной троицей, Клара всегда относилась к Лерке чуть ревниво, мне не следовало об этом забывать.

– И как она?

– Процветает, судя по всему.

– Знаешь, эти новые русские… Сдается, все они ходят по крайне скользкой дорожке.

– Да она, вроде, на самом деле вкалывает.

– Вкалывать тоже можно по-разному. У нас их столько перебывало – ты не представляешь, в основном, огнестрел. А уж какие крутые попадались – охрана круглосуточно в коридорах толклась. Только где эти добры молодцы были в нужное время?

– Типун тебе на язык, давай лучше чай пить.

– Все равно мне эти шальные деньги не внушают доверия. Ты вон колотишься, я кручусь – и что? А откуда на них золотой дождичек капает?

– Мы же бюджетники, а они в свободном полете.

– Повидала я этих летунов в реанимации – печальная картина.

– Да ладно тебе. Каждый живет как хочет.

– Ошибаешься, мать: не как хочет, а как умеет. Она замуж не вышла?

– Кажется, нет.

– Видишь, а ведь и красотка, и разодета в пух и прах, я ее в прошлом году в такой норковой шубе видела – закачаешься. А толку?

– Вот мы с тобой – другое дело.