То, что ты скрываешь

Видимо, все-таки оставила в спальне…

Иду в нашу комнату и тут, проходя мимо кабинета Юджина, где он засел со своим другом, слышу голос этого самого Марка:

– Что же было в пятницу после того, как мы выпили? Ты ведь уходил с Венди… Вы круто повеселились той ночью? А? Как тебе моя сестрица? Горячая телка, а?

О чем это он?

Я невольно останавливаюсь и прислушиваюсь. Юджин говорит что-то невнятное, очень тихо.

О какой пятнице он, интересно, говорит? Об этой?

И я вдруг замираю на месте, вспоминая подробности той ночи.

Юджин, и правда, не приходил тогда домой. И где он был – я не знаю. Стою рядом с дверью кабинета Юджина, без возможности пошевелиться. И время, и пространство для меня будто исчезают. Я словно превращаюсь в ледяную статую, без чувств и эмоций…

Неужели?..

Но он не мог… Юджин никогда бы не предал меня…

– Вы же так страстно целовались… – продолжает Марк своим противным голосом, и каждое его слово будто режет ножом по моему сердцу. – Она сидела на твоих коленях, а ты гладил ее попку… Не отказывайся, Юджин… Я все видел.

Это все происходило на моих глазах… Как тебе ее губки? А?

Я моментально прилипаю ухом к двери, вслушиваясь в каждое слово Юджина. Пусть опровергнет все. Пусть скажет, что его друг идиот. Пусть скажет, что все это клевета…

– Я же был пьяный… Почти ничего не помню… – лишь отвечает муж.

В смысле, ты ничего не помнишь? Ты где был всю ночь? Я думала, ты сидел где-то с другом…

– А как тебе ее грудь? Побольше, чем у твоей жены будет, а? Ты же жмакал ее сиськи, а? Как они тебе? Классные, а?

– Классные… Но у моей жены лучше… Хоть и меньше…

Я чувствую, как краски сходят с моего лица.

Из меня будто бы вышла вся жизнь. Пульс где-то нервно бьется в голове.

Чего?

Что он с ней делал?

Юджин? Это был Юджин? И он даже ничего не скажет в свое оправдание?

– А ты молодец, Юджин! Она говорит, у тебя так быстро встал… Вы же после этого сразу сбежали от меня, а? Ты круто ее отделал… Настоящий мужик!

– До потише ты, Марк! Я же женатый мужчина.

Что, если жена услышит?

– Не услышит! Она же свалила куда-то, а?

А я здесь. Стою и слушаю. И сжимаю кулаки до побеления пальцев. А по щекам текут слезы.

Неужели, мое семейное счастью разрушено? Юджин, что, правда, изменил мне?

И что теперь делать?

Мои руки начинают трястись. Мне кажется, я вот-вот потеряю сознание.

– Мама?

Голос дочки приводит меня в сознание.

Похоже, у меня остался только один человек, который безгранично предан мне.