Эльфы до добра не доводят

Как ни странно, голос униматься не собирался: гудел себе что-то басом, типа: «Пусти одинокое сердце погреться» – и при этом в такт словам бодро отстукивал в дверь, причем ногой. Ну надо же, как мужика разобрало… Прямо мартовский кот. Ладно, сейчас этот доморощенный поэт узнает, на что способна женщина, если ее разозлить.

Дверь я открыла с пинка, не слишком заморачиваясь по поводу одежды. В конце концов, на пляже народ видит гораздо больше, чем открывает широкое банное полотенце, да и материи на пошив самого скромного из купальников уходит в разы меньше.

– Оп-па! Рыжая!

Это окончательно вывело меня из себя.

– Слушай ты, козел безрогий! Заканчивай околачивать корявыми граблями чужую дверь, шустро втянул свой жуткий напиток и исчез за горизонтом.

Мужик, похоже, вообще не понял, о чем это я, просто хлопал на меня маленькими глазками.

– Значит, намеков мы не понимаем, – огорчилась я. – Последний раз по-хорошему предупреждаю. Второй раз бью по трупу! Уматывай, пока цел!

– Я? – вопросил он.

– Ну не я же, – резонно откликнулась я.

Свои слова пришлось подкреплять действиями, благо лестница на первый этаж была недалеко. Хороший тычок под ребра – и неудачливый поклонник, удивленно крякнув, помахал руками, как ветряная мельница – крыльями, вылил остатки пива на свою и без того неопрятную рубашку, с размаху хлопнулся на пятую точку и съехал вниз по лестнице, как малыш с горки.

– Норандириэль, открой! Это я! – воззвала я к закрытой двери. Чтобы придать своему голосу весомости, пришлось стучать о деревянную преграду розовой пяткой.

Оказалось больно: с размаху по крепким доскам беззащитной конечностью…

Принцесса открыла не сразу. Сначала послышался звук отодвигаемой мебели, и только затем дверца распахнулась, и в коридор выглянула растрепанная остроухая головка.

– Это ты? – абсолютно нелогично вопросила она.

– Нет, мое привидение, – зло откликнулась я и с кошачьей ловкостью сцапала ее лапку. – Пошли.

– Куда на ночь глядя?

– Ко мне спать.

– Что?! – Эльфийка потрясенно округлила миндалевидные глазки. – Я не такая!

– В смысле?

– Ну… Не извращенка.

Опа! Это за кого она меня принимает? За лесбиянку, что ли? Обалдеть. Дожила.