За что не берутся даже джинны

Лишенный своего напитка гном обиженно жахнул кулаком по столу, что дела, конечно, не исправило, но вполне выразило весь трагизм ситуации.

– Да у нас в каменоломнях каторжников кормят лучше!!! – возопил тот, что был на ногах, потрясая своей объемистой кружкой, как знаменем.

– Точно! Точно! – с готовностью подхватили остальные.

Я оторвалась от созерцания возмущенных гномов и узрела прямо перед собой чью-то волосатую грудь в обрамлении V-образного выреза кожаного жилета. Размер грудных мышц впечатлял, бурная растительность навевала мысль о летнем сенокосе, а запах давно немытого тела нагонял ностальгию по современным удобствам, прелестям мыла и хорошего дезодоранта.

– Не меня ищешь, малышка? – низко пробасил обладатель выдающейся груди.

Простой вопрос поставил меня в тупик. Во-первых, я никогда не считала себя малышкой при росте выше метра семидесяти. Хотя не буду отрицать – по сравнению с ним я действительно малость низковата. А во-вторых, я никак не могла понять, почему он решил, что в этой забытой богом дыре искать больше некого, кроме его персоны.

Пока я пыталась прийти хоть к какому-то удобоваримому выводу, трактир кипел как переполненный котел.

– Да на любой каторге после такой еды начинаются беспорядки!!! – митинговал гном.

Он брякнул намозолившую глаза кружку на стол, подхватил тарелку с местной стряпней и легко вскочил на стол. Просто удивительная прыгучесть для такого скромного роста. Неужели репетировал?

– Да! – шумел вокруг народ. – За каторжан нас держат!!! Совсем не уважают!

– Повара сюда!!!

– А подать сюда повара! – мстительно согласился с предложением толпы гном.

 – Я его сейчас самого без масла и хлеба съем.

Посетители оживились еще больше, задние ряды вытянули шеи: всем хотелось посмотреть, как гном будет повара употреблять. Гномы – народ низкорослый, следовательно, поместить внутрь внушительный объем не могли физически, а всем известно, что чем хуже в трактире готовят, тем толще там повар. Оно и понятно, хорошие продукты куда-то ведь деваются…

Откуда-то из кладовки явился хозяин трактира с новым бочонком пива, послушал-послушал, но вступаться за работника не стал: лишь пожал плечами, искренне недоумевая, с чего вдруг кому-то вздумалось клеветать на такую прекрасную еду.

Для порядка он даже снял пробу: ткнул коротким пальцем (полагаю, под ногтями мужика спокойно можно выращивать замечательную рассаду на скопившемся там перегное), подцепил немного, смачно облизал и вновь пожал плечами.