Руки моей не отпускай

 – На раз, два, три! Взяли!

Вместе они переложили Василия Степановича с кресла, на котором торопливо его разоблачали, на стол, и Ася продолжила командовать дальше:

– Вера, градусник несите!

– Да здесь он! – Вера побежала на кухню, отделенную от столовой выступом стены, которая условно разделяла пространство кухни и столовой на две зоны, ринулась к одному из шкафчиков, чем-то там грохнула деревянным, видимо, приложив слишком много усилий, и тут же примчалась обратно.

Ася сунула градусник под мышку распластанному на столе больному и, придерживая его руку, спешно раздавала указания:

– Так, Вера, вы в лекарствах разбираетесь? – и, увидев растерянное лицо женщины, торопливо пояснила: – Ну, знаете, какие от поноса, какие для желудка и от давления? Вы тут вообще медикаментами пользуетесь?

– А-а! – обрадовалась женщина простоте вопроса.

– Очень хорошо, – порадовалась Ася. – Тащите все, что есть, от простуды, кашля, насморка, если есть что-то в ампулах для уколов – тоже несите! И фонендоскоп, если есть.

– Что? – не поняла женщина.

– Трубка, которой доктор слушает больного, – показала на пальцах девушка.

– А! Есть, – кивнула с готовностью женщина. – Я давление себе и всем в доме меряю. Это все здесь, в кухне! Рядышком! – порадовалась она.

– Давайте, – напутствовала Ася, – и аппарат для давления тоже несите. – И повернулась к мужикам, неподвижно стоявшим в явной растерянности и готовым мчаться и выполнять все, что скажут, лишь бы помочь. – Так, вы. Несите два таза. – И уточнила на всякий случай: – Есть тазы-то в хозяйстве, небольшие?

– Есть-есть, – прокричала Вера из кухни. – В бойлерной, Петя, стоят, в большом желтом тазу!

– Я мигом! – обрадовался мужик – тот, что постарше, и ринулся выполнять поручение, нахлобучивая на ходу шапку.

– В один из тазов снега наберите! – дала еще одно задание Ася, вытаскивая градусник. Взглянув на шкалу, она почувствовала, как ледяная волна холодного отчаяния и испуга прокатила по спине, а от лица и рук отхлынула кровь. – Твою… – и судорожно втянула в себя воздух.

Сорок один и восемь десятых градуса!

Сорок один и восемь!

Он сейчас просто…

– Вера! – проорала Ася.