Руки моей не отпускай

«Вера» лаконично и простенько был обозначен абонент, так терпеливо и настойчиво пытавшийся соединиться с обладателем смартфона. И Ася провела пальцем по экрану, активируя связь.

– Василий Степанович! – прозвучал взволнованный, испуганный женский голос. – Вы где? Сказали, что подъезжаете, и нет вас и нет!

– Вера! – перебила женщину Ася. – Человек, которому вы звоните, не может сейчас ответить.

– Почему?! – прокричала, ужасно перепугавшись, женщина.

– Он без сознания, – ровным голосом растолковала Ася и предупредила дальнейшие истерические выяснения, задав куда более насущные в данный момент вопросы: – Скажите, Вера, куда ехал… эм-м… – запнулась она на имени.

– Василий Степанович? – подсказала ей женщина.

– Да, он, – подтвердила Ася.

– Домой, – отрапортовала взволнованная Вера и уточнила: – К себе домой.

– И где его дом?

– В Снегирях.

– Так, – протянула Ася, осмысливая информацию.

– Что случилось с Василием Степановичем? – нервно выспрашивала женщина, определенно готовая расплакаться.

– Скажите, – проигнорировала Ася ее вопрос, – как далеко от поселка до выезда на московскую трассу?

– Около километра.

– Прямая дорога или придется плутать и сворачивать?

– Прямая, прямая! – поспешно заверила ее женщина, смекнув, куда клонит незнакомка. – Не заплутаешь! – и поинтересовалась с надеждой в голосе: – Вы его привезете?

Так, размышляла торопливо Ася, не слушая собеседницу, куда лучше ехать? В аптеку, оно, конечно, правильней, все-таки препараты необходимые будут.

Ну, а если аптека закрыта? Вполне реальная возможность: такой буран, местных жителей наверняка отпустили с работы по домам пораньше, что она тогда с больным будет делать? В гостинице устраивать? И дальше что?

Или лучше к нему домой? Про стены оно все понятно, но есть ли у него там хоть какие-то медицинские препараты, способные помочь?

Ах ты ж, господи!

Она ведь совершенно ясно отдавала себе отчет о последствиях своего неправильного выбора.

Ася повернула голову, посмотрела на мужика, словно ждала от него подсказки, поддержки, и решилась.

– Так! – перебила она продолжавшую что-то причитать в трубку женщину. – Слушайте меня внимательно, Вера. На дороге ничего не видно, вообще ничего, ехать я буду, как летчик во тьме – «по приборам», поэтому вы будете меня вести. Поняли?

– Поняла, поняла! – заторопилась та, проявляя горячую готовность помочь в чем угодно.