Как песок сквозь пальцы

А я вот… Начитался Жюля Верна, Даррела, сначала мечтал зоологом быть, а когда девятый класс заканчивал, вдруг понял, что надо людям помогать. Представлял, как поеду в составе Красного креста на помощь африканским детям, буду их водой поить, еду раздавать и всё такое… Но специальности по моим запросам не было, ну, кроме медицины. А я в химии вообще не силён. Но мечтал долго… До одиннадцатого класса точно, – голос Саши погружал друзей в лёгкую меланхолию, так печально и в то же время с добротой, он рассказывал.

– Ничего себе тебя штормило, от зоолога и путешественника до Красного креста, – протянул задумчиво Олли.

– Как есть вот…

– Погоди, а как ты к нам в команду тогда попал? – вдруг сообразил мистер Готто, изобразив на лице умственную деятельность и взъерошив волосы.

– Ну как… Родители отправили меня учиться естественным наукам в Британию. А оттуда я уже сам перебрался сначала в Лейпциг, и… – Саша призадумался, что-то высчитывая. – Да, точно. Как раз после переезда из Лейпцига меня друг затащил на стажировку в тот научный центр, где Лиам уже работал.

Я ж от скуки начал заниматься единоборствами, получил диплом по самообороне. Думал тренером подрабатывать, ибо к естественным наукам охладел, а домой возвращаться не хотел. У отца б сердечный приступ случился. А эта стажировка хорошо пошла, так что до сих пор родители считают, что я особо ценный сотрудник крутого научного центра, выполняю секретные исследования.

– Ну ты даёшь, – рассмеялся Лиам. – Мной прикрылся? А почему не рассказал раньше?

– Да как-то ни к чему было.

Работаю и работаю, вы вон тоже мало что о прошлом говорите. Только Джоя.

– А я девушка простая, мне скрывать нечего. И с собой я в ладах, – парировала малазийка. – Ты бы, Саш, родителям честно сказал…

– Что? Что я охраняю человека, умеющего ломать время? Смех.

– Такое ощущение, что ты себя стесняешься.

– Ни капли. Просто не хочу разочаровывать родителей. Они не поймут. И ничем этого не заслужили, для меня-то сделали всё, что могли, даже б… – Саша споткнулся об это слово, он никогда не употреблял в своей речи букву “Ш”.

– Больше?

– Ага. Именно. Так что пусть всё остаётся как есть. Нам всем так спокойнее, – резюмировал он.

– Может, ты и прав, – Олли с интересом рассматривал свои ладони. – Я вот когда родителям сказал, что хочу заниматься техникой серьёзно, они только плечами пожали, мол, хочешь – занимайся. И вроде бы здорово, не отговаривали, ничего, и даже ожиданий никаких.