Парк Пермского периода

А сейчас геологи бурят почву и доходят до остатков доисторического моря…

– Надо еще угадать, где скважину делать, – кивает Прошка. – Словно клад найти.

– Да, пожалуй… Это море – сущий клад для людей.

– Для каких людей? – раздается от двери чей-то хриплый голос. – Для Силыча нашего? Ну точно, клад – третий дом уж построил, скоро поперек себя шире станет…

– Тихо, вы! – оживает приказчик Иван из своего угла. – Кому не нравится – на выход!

– Давай спать, Прошка, – говорит Андрей, укрывая его своим пиджаком.

 – Вставать рано.

Прошка послушно закрывает глаза – и видит удивительный сон.

Снится ему – словно он у большого-большого озера – берега не видать, как у Камы в пору весеннего половодья! Только еще ширше.

Солнце греет так ласково, что снимает Прошка пиджачок, остается в одной рубашке. Вокруг – песчаная полоса, за ней – лес. Только какой-то странный – будто обыкновенные хвощи, которые так любила коза Белка, разрослись высотой с колокольню! Волна с шипением наползла на берег. Прошка тронул ее рукой – соленая! Как рассол.

И пахнет похоже, только запах словно разбавлен. Побрел Прошка по берегу и вдруг услышал какой-то звук. Не то писк, не то бульканье с опушки раздается.

Видит – бьется кто-то в кустах, звуки жалобней стали. Заглянул Прошка в кусты без опаски – это ж во сне, не наяву – а это лягушку бревном придавило. Только лягушка – величиной с корову!

«Царевна-лягушка! – осенило Прошку. – А где ж ее корона?»

Но короны не оказалось, а лягушка так жалобно смотрела большими янтарными глазами, что Прошка тут же кинулся ей помогать – поднатужился, поднапружился и поднял тяжеленный комель, придавивший ей заднюю лапу.

Лягушка запрыгала, обрадовалась и давай его головой бодать – мол, пойдем со мной! И поскакала к морю.

Двинулся Прошка за ней. Она в воде остановилась и смотрит – иди скорей. Ну а что, во сне ведь все можно – залез он к лягушке на спину и поплыли они в синее море. Хорошо! Солнце так ласково пригревает, вода теплая к ногам льнет… Плывет Прошка по морю, словно Колумб – вспомнилась школа и рассказы учителя.

Так смешно стало Прошке – какой Колумб? Какая школа? В воде диковинные звери обретаются – то как огромная ящерица, то ровно змей, только с лапами, то такие же большие лягухи, что везет Прошку. Он на них дивуется, они – на него.

Привезла его лягушка к громадному черному утесу – ну ровно как за домом Артемия Силыча такая каменюка из земли растет – и подмигивает – слезай, мол, приехали.