Анасейма

Илья и Дима занялись изготовлением рук. Испортили две пары перчаток, пока пухлыми конечностями не были довольны все, кто трудился над созданием чудовища Франкенштейна.

Существо получилось длинное и уродливое, к тому же без носа. Дима настаивал на том, что нос необходим, но никто не мог изобразить его достоверно, поставили две точки и на этом закрыли спор. Завершающим штрихом стала шляпа, россыпь репейников на свитере для антуража и бутылка из-под пива, наполненная водой.

Марина оглядела собутыльника, поправила на нем шляпу и довольно заключила:

– Красавчик.

Как назовём?

Илья задумчиво почесал выгоревшую макушку.

– Михалыч.

Дима уверенно кивнул. В сквере недалеко от их дома обитал местный алкоголик Михалыч, любитель рассуждать о бренности бытия и несправедливости судьбы.

– Теперь что?

– А теперь у наших пап появится собутыльник.

Алсу зажала ладонью рот, чтоб удержать рвущийся наружу смех. Илья и Марина взяли Михалыча под руки и потащили к гаражу. У дверей остановились и осторожно заглянули внутрь.

Отцы заснули прямо там, где сидели: на колченогих стульях у длинного стола, где Счастливчик обычно что-то мастерил.

Стараясь не шуметь и не рассмеяться, ребята усадили собутыльника на третий стул, закинули одну ногу на другую и вставили в руку рюмку. Удовлетворившись достоверностью Михалыча, далеко не ушли – притаились в засаде прямо за накрытым брезентом мотоблоком.

Первым проснулся Вячеслав Аркадьевич. Навёл мутный взгляд на Счастливчика, моргнул и скользнул глазами по новенькому собутыльнику в шляпе.

– Ты кто?

От звука его голоса проснулся Счастливчик. Михалычу он улыбнулся как старому знакомому, потрепал по плечу. Голова куклы склонилась, шляпа съехала набок, открывая перекошенное уродливое лицо. Мужчины одновременно громко икнули.

Марина не выдержала и прыснула, её заразительный смех подхватили остальные. Их засаду, естественно, тут же обнаружили. Счастливчик погрозил пальцем:

– Шутники, ё-моё!

Вячеслав Аркадьевич не успел понять, что произошло, мимо него размытой тенью пронеслись ребята.

Илья приостановился напротив отца, несколько секунд смотрел на него изучающе, не в силах опознать в этом пьяном мужчине родные черты. Из гаража он вышел последним, не торопясь.

Татьяна вернулась с пляжа и столкнулась с взбудораженными детьми. Сквозь смех и шутки поняла, как они развлекались последний час, но веселья не поддержала, обратилась к Диме, как к самому взрослому:

– Мама приехала?

– Нет ещё.