Принц далекого Авалона

Джон всегда любил, когда во время любой военной операции все было понятно и четко, чтобы не было никаких сомнений, где друг, а где враг, для того, чтобы не получить ненароком удар в спину, а еще ему очень нравилось, когда все его враги были мертвы. Джон удрученно взглянул на лошадь. Он никогда не ездил верхом, а только в кино видел, как примерно это нужно делать, поэтому замешкался, пытаясь определиться, как ему сделать это и выполнить то, о чем имеет очень приблизительное понимание, легко и непринужденно, как настоящий принц.

«Вот уж точно, что почти каждую минуту я могу очутиться в полной заднице, и постоянно всего в шаге от полного возможного краха остаться живым!» – подумал он скрепя зубами, вспомнив только, что сзади к лошади подходить не стоит.

Джон решил заняться решением этого вопроса как военной задачи. Он тянул время, пока обдумывал свои дальнейшие действия, поэтому сделал вид, что осматривает, как лошадь оседлана, а потом со всей свойственной ему «ловкостью» от слова «мешок», попытался сесть на лошадь верхом.

Во всяком случае, на него не пялились, как на странного чувака, не скрутили и не зарубили, что не могло не радовать.

В итоге Джон очнулся уже сидящим в седле, а вернее, едущим в окружении небольшого отряда рыцарей в полном вооружении. Они взяли хороший темп, и по его ощущениям уже примерно через полчаса, от силы час оказались на возвышенности, где все остановились, как по приказу, хотя никто ничего не сказал, и посмотрели вниз. Когда удивленный Джон тоже подъехал на это место, то у него дух захватило от великолепия открывшегося ему с пригорка вида на пункт их назначения.

Сам по себе замок был огромен. Вернее, это было массивное оборонительное сооружение из светло– серого камня и из нескольких построек, входящих в единый замковый комплекс. В самом центре стоял величественный, старинный из более светлого камня непосредственно сам огромный замок с не менее, чем пятью башнями и толстой высокой стеной, примыкающей прямо к скале торцом.