Доминант для девственницы

– Тогда пойдем,– приказал он немного сурово, так и не отпуская мою руку неспешно направился к выходу.

Через некоторое время мы уже выходили из машины у ресторана, куда приехали, как вдруг я смущенно тихо спросила:

– Вы так много сделали сегодня, а я даже не знаю, как Вас зовут.

– Артур Георгиевич, – сказал мужчина и открыл передо мной дверь, пропуская вперед.

– Спасибо, – пропищала я и прошмыгнула, насколько смогла на все еще не очень гнущихся ногах, чувствуя, как учащенно бьется сердце. При этом я чуть не задела его плечом.

А еще это так было похоже на свидание, и в то же время….

– Что ты не ешь? – спросил Женькин отец меня уже чуть позже, наблюдая, что я даже не притронулась к принесенной тарелке салата, а мои руки остаются под столом, – или уже не хочешь есть?

Тон был полон недоумения.

– Я не могу, – выдохнула я растерянно, смотря на него как маленькая девочка.

– Что не можешь? – спросил Артур Георгиевич, удивленно приподняв бровь.

Я сама не понимала свое нынешнее состояние.

Все тело словно перестало меня слушаться. Руки стали тяжелыми, а усилие поднять любую из них казалось невозможным, как будто тело было не моим. Не говоря о том, чтобы держать сейчас ложку или вилку. А левая рука жутко болела, отходя от обезболивающего.

– Руки не слушаются, – несчастно пробормотала я, чувствуя себя по- идиотски.

Мужчина пристально посмотрел мне в глаза. От его взгляда сердце тут же подпрыгнуло в груди и застучало как бешеное, словно пыталось вырваться.

– Это ты отходишь после шока, – пояснил Артур Георгиевич.

Затем вздохнул.

– Ну не кормить же мне тебя? – произнес мужчина, смотря в упор, а я чувствовала, как все сильнее тону в его глазах.

И тут невольно я представила себе то, о чем тот говорил. И картина в моем воображении была так интимна, так волнующа, так желанна, что стало трудно дышать, и я ненамеренно нервно сглотнула. А затем сразу резко выдохнула, испуганно посмотрев на мужчину напротив, неожиданно увидев, как темнеет его взгляд. Вдруг Артур Георгиевич тихо с легкой хрипотцой произнес:

– Не надо смотреть на меня так.

– Как? – прошептала я удивленно, а видя только его глаза и странное выражение в глубине них.

– Словно ты хочешь этого, – еще тише произнес он, так и смотря на меня. А цвет его радужки темнел с каждой секундой.

А я хотела. Я так хотела, что уже голова шла кругом, и с языка почти сорвалась эта просьба вслух. Но в самый последний момент я одернула себя, так и не решившись.