Одержимая тобой

Я краснею и опускаю взгляд. Мне и в голову не приходило посмотреть на случившееся таким образом.

– Да уж. Наверное, – криво улыбаюсь я и снова прикладываю лёд к затылку.

Некоторое время мы сидим в неловком молчании. Чтобы хоть как-то занять себя, разглядываю расписные стены светлого холла с изображением Млечного пути, за которыми продолжает громыхать музыка. Вскоре официант приносит холодный чай, и я переключаю все внимание на трубочку, торчащую из стакана.

– И как вы сдружились со Светой? – внезапно спрашивает Дмитрий.

Я оборачиваюсь к нему слишком стремительно, и макушку снова простреливает боль.

– Ну, она ведь общительная, жизнерадостная, отзывчивая… Скажем так, в гимназии я была «не в почёте», а она одной из немногих, кто не считал меня гадким утёнком.

– Тебя считали гадким утёнком? – удивленно повторяет он.

– Да, в особенности девочки. Я не модная, ничегошеньки не знала о брендах, хотя с тех пор мало что изменилось, слишком нравилась учителям, да и папа был простым работягой, а не владел магазином или заводом, не знаю, что там у вас считается престижней.

– Все эти девчонки просто тебе завидовали, – усмехается он.

– Да чему завидовать? – удивленно округляю глаза.

Дмитрий щурится и вновь не сдерживает веселой улыбки. Он оставляет мой вопрос без ответа, продолжая расспрашивать о нашей дружбе:

– Значит, вы настолько сдружились, что ты уехала за ней в другой город?

– У меня были свои причины. – Я стараюсь говорить без эмоций, но от плохих воспоминаний сердце бьёт барабанную дробь.

– Вы настолько разные… – Дмитрий пристально смотрит на меня. – Ты не любишь алкоголь, не ходишь по клубам, отшиваешь богатых поклонников, и – готов поспорить – учишься на «отлично». Полная противоположность Светы.

Щеки снова загораются огнём.

– Не совсем так… Я выпиваю… иногда… просто у меня мало времени на клубы.

– Чем же ты занята в свободное от учебы время?

– В основном работаю. Вечерами. Днём учеба. Кормлю я себя сама и за учебу плачу тоже.

– Наверное, нелегко жить в большом городе одной.

– Я привыкла. Мне неплохо платят, и даже если с виду я смотрюсь как недоедающая селедка, в целом жаловаться не приходится.

Я лукавлю, но Дмитрию всех подробностей моей жизни знать не обязательно. Он посмеивается и качает головой, удивляясь моей самокритичности.

– Выглядишь ты отлично, – тихо говорит он.