Буду всегда твоя

В потёртом, но чистом платяном шкафу из темного дерева я нахожу на двух свободных полках свои сумки. Сердце наполняется благодарностью и любовью – Марина позаботилась о моих вещах, а я не догадалась сказать ей и слова в благодарность. Дергаю молнию с теплой улыбкой на губах и застываю. Вскрик прорывается сквозь горло против моей воли, и я слышу быстрый тяжелый шаг Егора, что моментально оказывается в комнате рядом со мной. Он не понимает причину моего ступора и растерянно оглядывается по сторонам. А я тем временем вытягиваю изрезанные в тонкие полосы остатки моих вещей из спортивной сумки.

Лоскутки моего любимого голубого сарафана, затем красного топика и белого костюма, что был единственной дорогой вещью в моём гардеробе. Все… абсолютно все мои вещи были изрезаны и изодраны в клочья. Даже нижнее белье. Глаза застилают слёзы.

Не веря своим глазам, я вытаскиваю обрывки за обрывками. Распахиваю вторую сумку – все мои зимние вещи так же жестоко разорваны и изрезаны. Егор суетливо расхаживает вдоль крохотной комнаты и рассказывает о случившемся по телефону.

Я не понимаю, с кем именно он ведёт разговор, и мне даже не хочется выяснять это. Я замираю словно каменная статуя, с обрывками своих вещей в кулаке, а соленые слезы увлажняют мне щеки.

– Мне так жаль, дорогая. – Оправдывается Марина спустя час, сидя на диване, предназначенном мне в виде нового спального места. – Когда Света вызвалась помогать перевозить вещи, я знать не знала, что она как-то замешана в той аварии! А когда вечером посмотрела телевизор, мне и в голову не пришло проверить сумки! А ведь надо было, раз ты и Дима сейчас вместе…

У меня остался лишь халат, кроме юбки и футболки, в которых я приехала из больницы.

Часть оплаты за съемки в клипе ушла на оплату квартиры, а вот остатки я планировала вернуть Дмитрию за обучение.

– Ты можешь брать любую мою вещь и носить сколько захочешь, хорошо? – продолжает Марина, отвлекая меня от угрюмых мыслей.

Я молча киваю, и стараюсь улыбнуться. Видимо планы придётся поменять и купить себе хотя бы самую необходимую одежду.

Неожиданный звонок в дверь заставляет меня вздрогнуть. Едва успеваю потянуться за костылями, как Егор показывается в дверном проёме и вызывается открыть. Меньше чем через минуту я встречаюсь взглядом с темно-карими глазами, а в груди моментально тает болезненный давящий ком. Дмитрий здесь. Нас оставляют наедине в то же мгновение. Я прижимаюсь к нему, вдыхая любимый и, ставший уже таким родным, аромат. Тревога тут же проходит.