Последний. Дети вампира

Знали ли вы, что раз в сотню лет представители самых древних кланов вампиров, по праву первородства, способны превратить полукровку в вампира? Только представьте – вы сможете на протяжении всех последующих столетий быть королем Веталии. Мог ли мечтать о таком сам прославленный в преданиях Зехель?

Кениш Тиль не ответил, лишь посмотрел на дрожащие ладони. С самого детства в голову младшего брата короля вкладывали мысль о том, что вампиры – порождения Тьмы и ужаса. Но Кениш время от времени ловил себя на мысли, что завидует их силе и могуществу – ведь они не знают ни болезней, ни смерти от старости.

Не получив силы рода от морской девы, мог ли он отказаться от столь удивительного и невероятного подарка судьбы? Во имя Зехеля, это был тот редкий случай, выпадающий один раз в сотню лет.

– Но если вы откажетесь от помощи Этернала, то скоро потеряете свою власть. Мне было видение, как юная жрица выберет нового короля! – Оракул говорил сухим, лишенным интонаций, голосом. И все же Кениш Тиль уловил в нем насмешку!

– Она не сможет! Я же сказал – девчонка сбежала, и ее поиски пока ни к чему не привели.

– Господин, чтобы стать настоящим королем, вам необходимо избавиться от новой жрицы, либо взять ее под полный контроль. И еще одно: вы должны позволить мне встретиться с вашим братом.

– Уж не собираешься ли ты…? – Кениш даже встал с кресла, с изумлением глядя на собеседника.

– Убить короля? Нет, конечно, нет. Король Веталии слишком стар, и не представляет угрозы. Я знаю из своих видений, что его час близок, и хотел бы увидеть его перед смертью. Считайте исполнение этого желания залогом нашего с вами успешного сотрудничества. – Оракул снова поклонился, правда, чуть менее почтительно, чем перед этим.

– Я подумаю. – Кениш вернулся в бархатное кресло и, взяв со столика хрустальный бокал с белым вином, задумчиво повертел его в руках. – Мы еще вернемся к этому разговору, оракул.

Он кивнул головой, давая понять, что аудиенция окончена.

***

Оракул дождался, пока Кениш сделает необходимые распоряжения по поводу его присутствия во дворце. Затем он последовал за сухим и чопорным дворецким по извилистым переходам и лестницам старинного замка.