Неповторимая

– Сюда давно никто не ходил, – тихо произнес правитель. – Наверное, со дня совершеннолетия моего отца.

Он толкнул дверь, и та медленно отворилась. Показался узкий коридор, ведущий куда-то вниз. Из него тянуло холодом и сыростью.

Феникс заинтересованно наклонила голову. Несмотря на то, что она ещё не вошла в полную силу, она прекрасно ощущала чужие способности. Так, например, у людей, находящихся в этой комнате, никаких необычных сил не было. Но, едва Арман открыл дверь, как Зельда ощутила всплеск чужой энергии.

«Все зависит от человека, от его выбора, – подумала она, вспоминая ходившие по Лирсе слухи о том, что каждый правитель отличается необычными способностями. Это помогало ему мудро править городом, избегать ссор с соседями и заботиться о жителях Лирсы. – Но готов ли к этому Арман? Ведь большая сила – это и большие искушения».

Она бросила косой взгляд на нового правителя. Тот кусал губы, стоя на месте и явно не решаясь сделать ни шага.

– Ваша светлость? – полувопросительно сказал он, переводя взгляд с Армана на потайной ход. Правитель принужденно рассмеялся.

– Не поверишь, Дельф: я столько лет ждал этой минуты, а теперь растерялся. Я не знаю, что нас ждёт за этой дверью. Отец никогда не говорил об этом, хоть и оставил мне ключ. Я пересмотрел все записи предков, но не нашёл ни единой подсказки. И сейчас… мне как-то не по себе.

«Проще сказать, что ты боишься», – феникс презрительно отвернулась.

Правитель сильно упал в её глазах. С точки зрения Зельды, человек, лишенный смелости – мужчина только наполовину.

Но Дельф даже не улыбнулся. Он осторожно коснулся руки правителя:

– Ещё не поздно отказаться, Ваша светлость. Давайте закроем эту дверь, и забудем о ней. Вы – правитель Лирсы, и ничто этого не изменит. Даже без силы предков…

Бледное лицо Армана вдруг вспыхнуло. То ли он устыдился своей слабости, то ли не хотел войти в историю как единственный правитель города без способностей.

Резким движением оттолкнув руку Дельфа, он подошел к потайному ходу. Он уже собирался спускаться, когда Дельф снова остановил его:

– Простите, Ваша светлость, но лестница очень крутая, а её ступеньки частично разрушились. Позвольте мне идти первым. К тому же, это – моя обязанность, как вашего защитника.

Арман, молча, посторонился, пропуская его.