Единственная любовь

 – Мне-то ты можешь сказать, по старой дружбе, что произошло? Я же Терри не чужая…

Заметив, как вздрогнула Дени при этих словах, Флетч шагнул вперед, заслонив её собой.

– Ничего нового ты не услышишь. Операция только что закончилась, но целители ещё не выходили. Я думаю, тебе лучше прийти завтра, или через день. Или ты хочешь просидеть здесь всю ночь?

Девушка окинула взглядом коридор с серыми стенами, узкую жесткую скамейку, на которой сидела Дениза, и задумалась. Предложение Бада явно не показалось ей привлекательным.

– Ну, я бы с удовольствием, но у меня утром назначена встреча, – неуверенно начала она. – Я не могу подвести других людей, сам понимаешь. Тем более, что к Терри не пускают. Так что, если ты считаешь, что мне лучше прийти позже…

– Конечно, Шери, – отвернувшись, чтобы скрыть улыбку, ответил Бад. – Если хочешь, я проведу тебя черным ходом, чтобы репортеры не заметили.

– Спасибо, Флетч, – красавица по привычке «стрельнула» взглядом из-под длинных ресниц.

Но ее усилия пропали даром: парень развернулся и направился к лестнице, желая как можно скорее увести Блау из госпиталя.

Когда он вернулся, Дениза стояла у раскрытого окна и торопливо писала на листке бумаги. По подоконнику, покрытому облупившейся краской, важно расхаживал большой сизый голубь.

Бад прищурился: в последний месяц он часто встречал эту птицу рядом с госпиталем. Теперь понятно, к кому она прилетала.

Услышав шаги, Дениза поспешно свернула письмо и привязала зеленой ленточкой к лапке голубя.

– Твой парень пишет? – с деланным безразличием спросил Флетч. Ему не верилось, что семья Вэр или их друзья стали бы писать на дорогой бумаге с золотым гербом.

Дениза сделала вид, что не услышала вопроса.

***

Войдя в дом, Дениза прикрыла за собой дверь и привалилась к ней спиной. Улыбка стекла с её лица, плечи ссутулились. Дрожащими пальцами она развязала тесемки плаща и бросила его в угол, на обитую тканью скамейку.

Потом девушка прошла на кухню, вымыть руки, которые до сих пор пахли лекарствами. Ужинать не хотелось, и, взяв чашку холодного чаю и немного подсохший пирожок, она вернулась в гостиную.

Вокруг царила тишина, такая приятная после шумного госпиталя. Опустившись в кресло, Дениза с удовольствием вытянула ноги: за целый день работы ей удалось отдохнуть не больше получаса.

«Хорошо, что сестры Терезы сегодня не было.