Конд Корви. Его Невозможное Величество

Но по знаку Шаманты передо мной выросла девочка, принесшая фарфоровую чашу с водой.

– Для омовения, – произнесла служанка писклявым голосом.

Быстро, пока не передумали и не погнали из кухни, я стянула с себя куртку, бросила ее на табурет и тут же придавила попой – чтобы не унесли. Ищи потом. Все мое должно быть со мной. И так без рюкзака осталась.

Сунув руки в теплую воду, пахнущую уксусом, я тщательно вымыла их. Вода сделалась серой.

– А ну занялись работой! Чего уставились? – прикрикнула Шаманта на кухарок.

А я и не заметила, какой вызывала интерес. Должно быть, дворцовая прислуга никогда не видела девушку, одетую так нелепо – в джинсы и грубые сапоги. Сейчас я сама себя чувствовала охотником, собравшимся на болото пострелять дичь. Свитер тоже был под цвет куртки и сапог – модный в этом сезоне хаки.

Я доедала пирог, когда на кухне вдруг воцарилась мертвая тишина. Медленно обернулась, понимая, что за моей спиной стоит тот, кто подействовал на кухарок, словно удав на обезьян.

– Как быстро землянки находят хлебные места, – произнес лорд Лоури, кивая побледневшей Шаманте. – Поразительная способность приспосабливаться.

– Простите, Ваша Светлость, мы приветили ее, поскольку леди упомянула о вас, как о своем покровителе.

– Так и есть, – ответил он, а я с облегчением выдохнула. – Паулина, следуйте за мной, – произнес лорд Лоури, разворачиваясь к выходу.

Спешно дожевывая пирог (хорошо, что не пришлось говорить с полным ртом), я схватила куртку и понеслась за лордом. В дверях меня поймала за руку Волюшка.

– Мы всегда поможем, – шепнула она. – Помни.

Я улыбнулась в ответ и устремилась за «покровителем». На душе было тепло от осознания, что обо мне не забыли, и не придется ночевать у котлов.

Вопреки ожиданию, меня не повели на третий этаж, где обосновались все местные девицы. Я тихо порадовалась: пусть невесты будут сами по себе, а я сама по себе. Мысленно представила, как у них перекосятся лица, когда они узнают, что мои покои располагаются недалеко от королевских. Какая честь для спасительницы нации!

Бежавший впереди нас слуга споро зажег огни в масляных лампах и, удаляясь, закрыл за собой двери.