Так сошлись звезды

Как все–таки хорошо, что они с подругами поклялись обходить стороной Радмира, от этой любви одни беды!

Вдруг по рядам опять пролетел шепоток, и Яся увидела его причину – в проходе между клетками шли две невысокие ведьмочки. Она не удержала крика боли, когда узнала в них своих подруг.

Растерянные, заплаканные, стояли девочки в центре ярко освещенной площади и, как два брошенных щенка, жались друг к другу.

Яся соскочила со своего места и кинулась к клеткам, но Чупрай успел ее перехватить. Он прижал ведьмочку к себе, мешая присоединиться к подругам.

– Я была с ними! Пустите меня к ним! – кричала она, вырываясь.

Всего лишь раз посмотрела достопочтимая Зоряна на ту, что посмела ей помешать, и крики Яси немедленно прекратились. Не страх остановил рыдания девочки – ее язык онемел, а шею перехватил удушающий обруч магии.

С трудом втягивая воздух, почти ничего не видя из–за слез, Яся пропустила, что Зоряне отвечали подруги и куда они делись после допроса. Ведьмочка поняла, что все закончилось, когда ее перестали удерживать руки Чупрая.

Над лежащей неподвижно Павой стояла Зоряна. Ничего в ней не осталось от той милой рыжеволосой толстушки, которая час назад появилась в зверинце: широко открытые глаза заволокло черной пеленой, а голос стал низким. Не знай Яся, что перед ней стоит советница, решила бы, что говорит лорд Тореш.

– Познай смерть! Ответь смерти! Прими смерть!

Ведьма трижды стукнула метлой об пол и не спеша покинула площадь. Яся проводила ее взглядом и заметила, как у советницы вдруг подкосились ноги, и ее подхватила Праскева, вместе с Зоряной опускаясь на каменный пол. Так они и сидели, обнявшись, пока на площади разворачивалась битва Павы со смертью.

Какая–то неведомая сила подняла Паву с пола. Яся однажды видела в балагане кукол, которых артисты дергали за веревочки, и сейчас ведьма стала похожа на одну из таких марионеток, болтающихся на крюке кибитки: парящее в воздухе тело, висящие, словно плети, руки, опущенная на грудь голова, бледное лицо закрыто длинными нечесаными волосами.

Скрип решетки, поднимаемой в одной из клеток, звучал так громко и мерзко, что зрителям пришлось закрыть уши руками. Ведьму же противный скрежет вывел из оцепенения. Она вздрогнула, медленно подняла голову и открыла глаза.